— Я в Древичи поеду к старосте, да и знакомцы старые есть, помогут, чем смогут. Ты, сыновец, обиженных поищи.
Павша согласился.
* * *
В полях начинали убирать хлеб. Лето было ровное — без засухи и затопляющих ливней, потому зерно налилось, обещая сытую зиму, что ещё оказалось положительной вехой в пользу нового князя. Сошёл гнус, и на улице было, как никогда, хорошо. Князь сидел на переносном раскладном кожаном кресле; рядом на вынесенных скамьях разместились бояре: обязательный Добрыня, не оставляющий племянника, остальные — кто и как хочет. На этот раз пришли Турин, Кальв, Хлёд Метатель Копий и несколько молодых русских бояр. Молва быстро разнесла, что сегодня должен быть поединок, и на суд собралось много вятших и просто любопытных, которые не все влезли в княжеский двор.
Владимир быстро разобрал две купеческие тяжбы: одни товар не поделили, второму задолжал некогда заёмное серебро сын Мины Слудова и никак не мог отдать. Мина, стыдясь, до княжеского решения сам предложил купцу вернуть долг. По взгляду, которым он наградил промотавшего серебро сына, многим стало ясно, что суд для боярчонка ещё впереди.
Павша, понимая, что настал его час, заметно волновался. На успокаивающие слова Колота отрёк:
— Кабы сразу в бой, а то при всём миру судилище-рядилище…
Люди перед ним расступились неожиданно. Друзья-дружина были тоже здесь, Павша успел мельком узреть задиру Пестряя и Хлыста, что в один голос пожелали удачи. Павша предстал пред князем, земно поклонился:
— Здрав будь, светлый князь, и вы, вятшие бояре! Пришёл я требовать суда над Некрутом, тиуном княжеским, которого хочу обвинить в убийстве матери моей, Милавы!
Владимир согласно кивнул головой:
— Говори.
Павша, чувствуя на себе взгляды собравшихся и стараясь ни на кого не смотреть, поведал о том, как Некрут приехал во двор к Зимаве и признался в убийстве. К чему было убивать? Да, жили они плохо, бил он её, глаз выбил, и послухи в этом есть.
— Кто слышал о том, что сказал тебе Некрут во дворе у вдовы? — спросил князь.
— Мыслю, что никто не слышал. Тихо было сказано, — ответил Павша.
Просили говорить вдовую боярыню Зарёну, которую уговорил прийти Колот. Боярыня, помня свой испуг и возмущение того вечера, без обиняков согласилась.
— Вёл себя тиун по-хозяйски: давай, мол, мне парня, и всё тут! Во двор вошёл не спросясь, как княжий человек к холопу. Я вдова князь-Святослава мужа и терпела это! Что там тиун Павше шепнул, я не слышала, но поверю, что такой гад мог и про убийство сказать.
— Почто ты, Некрут, к Зимаве во двор пожаловал? — спросил Владимир.
— Поговорить с пасынком, — честно глядя в княжеские глаза, ответствовал Некрут. — У нас с ним ссора вышла, набросился на меня, когда в полоне сидел, так за то и пороли плетьми его. Не я наказание назначал, вот и приехал сказать, чтобы не держал зла на меня.
— Ой, врёшь! — воскликнула Зарёна. — Свести со двора да забить в канаве хотел ты парня!
Владимир поднял ладонь вверх, унимая готовую разгореться ссору, — он правит суд, и по его велению здесь слово молвят.
Выслушали двух ратников, что были во дворе с Некрутом. Те пожали плечами, не сказали ни в ту, ни в другую сторону:
— Некрут нам с ним ехать велел, а что он там сделать хотел, то нам неведомо.
— Чего ж с тобой парень не поехал? — вставил вопрос Турин.
— Испугался, наверное, — предположил Некрут, ловя на себе злой взгляд Павши. Некрут был спокоен и уверен и рассчитывал на то, что рано или поздно выведет этим Павшу: тот набезобразит, и Некрут победит в суде. При этом главного Некрут ещё не сказал.
Турин, чтобы понять, за кого просит, порасспрашивал о Павше, припомнив ту порку, на которой Павша молчал до потери сознания, не сомневаясь, возразил:
— Здесь ты точно врёшь. Мне точно от кметей известно, что такой воин, как Павша, тебя бы просто так не забоялся.
Стали слушать послухов о жизни Милавы и Некрута, стараясь понять, мог ли он пойти на убийство. С Павшей пришла, почитай, половина печища и кое-кто из Древичей. Колот рассказал о ссоре Некрута с Милавой и как он ей выбил глаз, потом Лапа ходил и бил его за это. Кто-то из сторонников Некрута создал в толпе глядельщиков ропот, выкрикнув:
— Где это видано, чтобы родичи жены мужатой в её жизнь вмешивались? Она для своего рода мертва есть!
— Чего ж теперь, бабу совсем не трогать пальцем?
— Трогай не пальцем!
Глядельщики со смешками начали обсуждать. Князь снова поднял руку к тишине, Добрыня прикрикнул:
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу