Уильям Эйнсворт - Уот Тайлер

Так все более крупные постройки обращены были в крепости. Так как почти все вооруженные люди были заняты защитой жилищ, то лорд-мэр и сэр Джон Филпот увидели полную невозможность собрать достаточное количество войска, чтобы напасть на мятежников с малейшей надеждой на успех. Они не могли набрать даже и трехсот человек. Что можно было сделать с такой горстью людей против огромного войска, кстати, усиленного теперь всеми ненадежными горожанами, число которых доходило до двадцати тысяч!

В те времена в Сити жили два известных рыцаря — сэр Роберт Нольс и сэр Пердукас д'Альбрет. Каждый из них имел по 120 ратников, хорошо вооруженных и готовых в любую минуту выступить против мятежников, но оба рыцаря желали приберечь свои силы для короля, понимая, что он скоро будет в них нуждаться.

Когда Уот Тайлер и остальные предводители мятежников перешли Лондонский Мост и вступили в Сити, лорд-мэр и эти оба предусмотрительных и опытных рыцаря собрались на совещание. Они настойчиво советовали лорду-мэру не нападать на мятежников, которые тогда совсем разрушили бы Сити, а выждать более благоприятного случая, который не замедлит представиться.

Как мы упоминали, Ломбард-Стрит в то время населен был почти исключительно богатыми итальянскими купцами-ростовщиками. В последнее время они стали брать на откуп некоторые правительственные налоги, в числе которых была и злополучная подушная подать, послужившая поводом к восстанию. Уверенный в том, что соберет несметные сокровища, разграбив дома этих богатых итальянских купцов, подталкиваемый еще желанием отомстить мессеру Венедетто, Беглый спешил как можно скорее попасть в Ломбард-Стрит.

Услышав о приближении мятежников, купцы наскоро попрятали сундуки с драгоценностями и дорогой утварью в подвалах и других потайных местах. Захватив с собой по возможности больше золота, они покинули свои дома и укрылись в соседних церквах Св. Марии Вульнотской, Св. Эдмонда и Всех Святых, где надеялись быть в безопасности. Напрасная надежда!

Когда Беглый свернул от Чипсайда на Ломбард-Стрит, он объявил своим спутникам, что намерен предоставить им сокровища ломбардских купцов, этих грабителей народа.

— Идите и берите все, что можете! — воскликнул он. — И с каждого дома я требую десять тысяч марок; все же остальное — ваше и должно быть разделено поровну между всеми вами. Мы заставим этих негодяев сказать, где они запрятали свои сундуки с сокровищами.

Ворвавшись в дома итальянских купцов, мятежники были крайне удивлены, найдя их жилища опустевшими. В первую минуту они даже испугались, не унесены ж все сокровища, но скоро разыскались тайники, где были спрятаны лари и мешки с деньгами. Мятежники не замедлили опорожнить их, причем добросовестно откладывали сумму, предназначенную для своего вождя.

Когда все ценное было взято из домов, Беглый, с Готбрандом и большим отрядом отправились на поиски беглецов, заранее предупрежденные, что они укрылись в церквах.

Несчастный Венедетто и двое других итальянских купцов были найдены в церкви Св. Марии. Они находились у алтаря. Стоявшие перед ними священники угрожали вторгнувшейся толпе громами и карами церкви, если она осмелится их тронуть. Но Беглый и его спутники были не из тех, кого можно запугать подобными угрозами; они бросились вперед и вытащили свои жертвы из священного убежища.

Злополучный Венедетто, читая свой приговор в грозном взоре Беглого, упал на колени и стал умолять о пощаде, поднося ему в то же время мешки с золотом, которые захватил с собой. Беглый хотя и взял деньги, но нисколько не смягчился. Он посмотрел на валявшегося у его ног купца зловещим взором и сказал:

— Я полагаю, что это — выкуп, которого ты еще не уплатил?

— Мой выкуп составлял тысячу марок, здесь же десять тысяч, — отвечал Венедетто. — Возьми их и пощади мою жизнь!

— Золото я возьму, но пощадить тебя не могу, — сказал Беглый. — Твое имя внесено в список тех, кто приговорен к смерти за жестокие притеснения, причиненные народу. Я не могу простить тебя, если бы даже хотел. Готовься к немедленной смерти! Один из этих священников даст тебе отпущение грехов.

— О, пощади меня, и я укажу тебе, где ты можешь найти несравненно больше сокровищ! — взмолился Венедетто.

С минуту Беглый колебался, потом сказал угрюмо, с прежним неумолимым взором:

— Это невозможно!

Призванный священник должен был последовать за несчастным купцом, которого поволокли к лобному месту на Чипсайде, где уже собралась огромная кровожадная толпа.