Уильям Эйнсворт - Уот Тайлер

— Неужели вы не узнаете меня, добрый мастер Лирипайп?

— Клянусь св. Бригитой! Да ведь это Эдита, дочка Уота Тайлера! — воскликнул тот, к которому она обращалась.

— Ты уверен? — спросил стоявший возле него Джосберт Гроутгид.

— Так же точно, как и в том, что это — мастер Джофрей Чосер, — отвечал Лирипайп.

— Ну, коли так, надо их сейчас отвести к Уоту Тайлеру! — воскликнул тот.

— Пожалуйста, отведите, добрый мастер Куртоз, вы получите благодарность за свои труды, — сказала Эдита.

— Она знает меня! — воскликнул Куртоз. — Нет никакого сомнения, что это — Эдита. Мы должны сейчас отвести ее к отцу. Он будет рад ее видеть.

— А где ваш предводитель? — спросил Чосер.

— Его главная квартира — в Табарде на Гай-Стрите (Высокая Улица), близехонько отсюда, — отвечал Куртоз, обращение которого теперь совершенно изменилось. — Теперь он, наверное, там, ведь он только что вернулся из Ламбета.

— В таком случае, проводите нас туда сейчас же, у нас есть к нему очень важное дело, — сказал поэт.

Окружив их со всех сторон, чтобы оградить от беспорядочной толпы, отряд мятежников отправился к Гай-Стриту. Наши путники, пройдя церковь Св. Олава, оглянулись на Лондонский Мост, на воротах которого толпились лучники и арбалетчики. Гай-Стрит был переполнен вооруженными мятежниками, так что приходилось с большим трудом, особенно на перекрестках, прокладывать себе путь в толпе. Без надежного конвоя им никогда не удалось бы пробраться. Многое привлекало здесь их внимание, но всего более они были поражены видом развалин двух больших тюрем — Маршальси и Королевского суда. Наконец после многих остановок отряд достиг Табарда.

На обширном дворе толпились множество вооруженных людей, которые бражничали и производили страшный шум. Уот Тайлер, как вскоре выяснилось, находился в главной приемной комнате вместе с Джоном Болом, обсуждая за бутылкой вина свои дальнейшие планы.

Увидя Эдиту и Чосера, приведенных к нему Лирипайпом, Тайлер быстро вскочил на ноги, но вместо того чтобы приветствовать молодую девушку с отеческой нежностью, он сердито вскрикнул. Это восклицание не сулило успеха ее посольству. Едва удостоив Чосера своим вниманием, он схватил свечу и приказал Эдите следовать за ним в смежную комнату. Затворив за собой дверь, он сурово спросил дочь, зачем она покинула Тауэр.

— Явившись сюда, ты помешала моим замыслам, — сказал он.

— Я послана королем, — ответила она.

— Вероятно, он хочет заключить со мной мир? — спросил Уст Тайлер.

— Да, таково его намерение, — отвечала она. — И он соглашается на уступки, с тем, чтобы вы пощадили Лондон и отступили.

— Нет! — воскликнул Уот Тайлер. — Я не отступлю, если бы даже весь Совет умолял меня. Теперь я — хозяин! Лондон у моих ног, я не пощажу никого из его богатых и знатных обитателей. Но короля я не трону. Насчет его у меня другие намерения — ты разделишь с ним трон!

— Неужели вы вправду допускаете такую мысль? — спросила Эдита.

— Конечно, вправду! Почему же нет? Он будет рад жениться на тебе, чтобы спасти свою корону.

— Но вы, кажется, не сочли нужным спросить, я-то соглашусь ли на это?

— Ну, ты-то уж меньше всего можешь возразить!

— Вы судите обо мне по себе и ошибаетесь. Я — совсем не подходящая супруга для короля!

— Подходящая или нет, а он женится на тебе.

— Откажитесь от этих замыслов, умоляю вас! — сказала она. — Я вовсе не ослеплена блеском сделанного мне предложения и отвергаю его.

— Отвергаешь его? Что? Так ли я расслышал?! — воскликнул изумленный Уот Тайлер. — Ты выйдешь за того, за кого я пожелаю!

— Я уже высказала свое решение и не откажусь от него, — спокойно, но твердо отвечала она.

— Поживем, увидим, — сказал Уот. — А пока изволь сейчас же вернуться в Тауэр!

— Неужели вы не выслушаете того, что я должна вам передать? — воскликнула она.

— Чего ради? — угрюмо ответил он. — Никаких уступок я не сделаю. Скажи королю, пусть он в скором времени ожидает меня в Тауэре, и тогда я предъявлю ему свои условия.

Она еще раз попыталась смягчить отца, но он остался непреклонным. Взяв дочь за руку, Тайлер вывел ее назад в большую комнату, где оставил Чосера и других. Все смотрели на них с любопытством и изумлением, но предводитель был так угрюм, что никто не осмелился расспрашивать его. Даже Джон Бол промолчал.

— Доставьте эту барышню обратно к пристани Св. Олава, — сказал Уот Тайлер своим людям. — Да сыщите лодку, чтобы перевезти ее к Тауэру.