Леонид Пантелеев - Республика Шкид

Маленькие костры весело мигали, шипели сырыми сучьями и манили продрогших в сыром тумане ночных похитителей стрельнинской картошки.

Те приходили партиями, выгружали добычу и пекли в золе круглые катышки, приносящие довольство и сытость.

С дачи эти дымки в долине были хорошо видны, но первое время на них не обращали внимания, пока однажды Викниксор, выглянув из окна кабинета, не обнаружил возле этих дымящихся костров движение каких-то загадочных существ и не отправился исследовать это таинственное явление.

Загадочные существа в лесу вовремя заметили его длинную фигуру и в панике скрылись в чащу, а он нашел только десятка полтора костров и горы сырой и печеной картошки. Вызвав воспитанников, Викниксор велел им перенести все найденное картофельное богатство в кладовую для общего котла, а сам остался тушить костры.

Потом он вернулся на дачу, заперся у себя в кабинете и задумался.

Собственно, думать много не пришлось. Ясно было, что костры разводили воспитанники для того, чтобы печь картошку, которую они же воровали с огородов.

Надо было принять меры.

Викниксор вызвал прежде всего Янкеля и Япончика, как представителей печати, и предложил им начать кампанию в «Зеркале» против воровства, но «печать» скромно потупила очи, и последующие номера газеты ни словом не заикнулись о картошке.

Тогда завшколой сам сказал нужное слово. Он предупредил воспитанников коротко и веско:

– Кто попадется в краже картошки с чужих огородов, тот немедленно переводится в лавру.

Угроза подействовала. Картошки стали воровать меньше, но зато ударились в близлежащие огороды за репой и брюквой.

Скоро разыгрался крупный скандал.

Пришли жаловаться. Сначала пришел один огородник, за ним второй… В общей сложности за три дня к Викниксору явилось шесть делегаций с категорическим требованием обуздать учеников

Викниксор издал вторичный приказ по школе, еще более грозный, и запугивал шкидцев до отказа.

То тут, то там стали раздаваться голоса:

– Ну ее к черту, эту картошку!

– Еще запорешься!

Правда, еще находились смельчаки, которые по-прежнему ходили на отхожие промыслы, но благоразумные постепенно отставали.

– Ша! Бросаем, пока не влопались.

Так же говорили Янкель и Япончик:

– Довольно. С завтрашнего дня ни одной картошки с чужих огородов. А сегодня… Сегодня надо сходить в последний раз.

И пошли.

Было это после обеда.

День выдался пасмурный и холодный. Только что прошел дождь, и трава была сырая, леденящая. Но Янкеля и Японца это не остановило.

Захватили по наволочке с подушек, решив набрать побольше.

Вышли на трамвайную линию и зашагали по шпалам.

Япончик ругался и подпрыгивал, согревая посиневшие ноги.

– Черт! В такую погоду – да картошку копать.

– Ничего не поделаешь. Последний раз, – успокаивал его Янкель.

Наконец пришли к цели. Огород был большой и знакомый. Стенгазетчики уже привыкли к нему, так как оттуда они не раз таскали картошку. С минуту ребята постояли на дороге, оглядываясь и набираясь сил, потом Янкель нагнулся и юркнул в ботву. За ним последовал Японец.

Сразу же оба выругались. Действительность превзошла все ожидания. Дождь оставил заметный след: в грядах стояли лужи, глинистая земля превратилась в липкую кашу.

Зато копать было легко. Прямо руками дергали ребята мокрую ботву, и она покорно вылезала вместе с целым гнездом картошки.

Работали молча, изредка вполголоса перекликаясь, чтобы не терять друг друга из виду, и наконец, когда наволочки вздулись до отказа и не могли больше вместить ни одной картофелины, ребята выползли на дорогу. Но тут, взглянув друг на друга, они не на шутку испугались. Чистенькие белые рубашки стали серыми от глины.

– Здорово обработались, – сокрушенно проговорил Янкель, но Япошка только свирепо взглянул на него и дал знак отправляться обратно.

Подходили к даче.

– Как бы не засыпаться! Мимо Витиных окошек идти надо. – предупредил Янкель, но Японец и тут проявил беззаботность.

– Пустяки. Он слепой. Не заметит.

Ребята благополучно дошли до веранды, как вдруг в дверях показался Викниксор.

Оба редактора юркнули под веранду и притаились.

Шаги приближались.

– Не заметил, – успокоил себя дрожащий Японец и вдруг сжался.

– Еонин! Вылезай немедленно! – раздался окрик сверху.

Оба молчали.

– Еонин! Ну живей!.. Кому я говорю!

– Вылезай, Япошка, – забеспокоился Янкель. – Запоролись, вылезай.