Валентина Осеева - Динка. Повесть

- Вот, накорми детей. Не ходила я за молоком нынче, - тихо сказала она и, помолчав, добавила: - Уехать отсюда надо. Нет тут больше покоя…

Катя бросила взгляд на распухшие от бессонной ночи глаза Лины и, жалея ее, кивнула головой.

- Уедем… Уедем, - повторила Катя. - Только не показывайся сейчас детям.

Лина махнула рукой:

- Я не пойду…

Вытирая набегавшие на глаза слезы, она помогла Кате собрать стопку тарелок, нарезала хлеб.

- Кто ж ее в больницу-то повезет? Ты, что ли?

- Мы с Мариной… Костя и Никич посидят с детьми…

- Господи, укрепи веру мою… - простонала Лина, грузно валясь на измятую постель и утыкаясь лицом в подушку.

Катя разложила на тарелки кашу, но никто не притронулся к еде. Дети уже знали, что ночью Марьяшке было очень плохо и что доктор велел везти ее в больницу.

«Сейчас мама и Катя повезут ее», - думала Динка и, вспомнив опять про Марьяшкину ложку, пошла к Леньке.

Продрогший за ночь Ленька, кутаясь в отсыревший пиджак, ходил вдоль забора. Он молча помог Динке вылезти через лазейку и, взяв ее за руку, повел к утесу. Но Динка остановилась на тропинке и потянула его назад.

- Марьяшку в больницу повезут… Ложку ей надо… - тихо прошептала она, глядя на него умоляющими глазами.

- Не надо! - испугался Ленька. - Не нужна она ей там…

- Нет, нужна… Марьяшка всегда плакала без нее. Пойдем, Лень… Я только отдам ей и уйду… - настойчиво тянула его Динка.

Глаза ее стали влажными, и Ленька, боясь, что она расплачется, повернул назад.

- Ведь плакать опять будешь… - в отчаянии сказал он. - И где она теперь, эта ложка?

- Я найду! - прошептала Динка.

Они дошли до решетчатой ограды.

Калитка была открыта.

Около сторожки все еще лежали сваленные в кучу обгоревшие тряпки, перевернутый чугун, грязные миски… Динка несмело подошла к ним, присела на корточки… Слезы застилали ей глаза.

- На память что-нибудь взять хотите? - стоя на пороге и с сочувствием глядя на девочку, опросила какая-то женщина.

- Ложку ищет. Марьяшка к ним всегда с ложкой ходила… - взволнованно пояснил Ленька.

- А! Знаю, знаю… Мы и то смеялись, бывало… Это, значит, от Арсеньевых девчушка-то?.. Ну, не плачь, не плачь, милушка. Есть ложечка, есть. Вот тут она. Я как пол мыла, так под кроватью нашла. Сейчас я тебе вынесу, заторопилась женщина и, шлепая босыми ногами по полу, подошла к стенному шкафчику.

- Нашла она, сейчас вынесет, - помогая Динке ВСТАТЬ, сказал Ленька.

Женщина вынесла ложку, обтерла ее фартуком и протянула Динке.

- А где Марьяшка? - несмело спросила Динка, заглядывая в сторожку.

- На пристань ее понесли. В больницу повезут. Бегите туда - может, еще не уехали! Только-только пошли они…

- Пойдем! - встрепенулась Динка. - Пойдем скорей, Лень!

И, прижав к груди ложку, девочка бросилась бежать.

- Несчастный я с тобой… - пробормотал измученный Ленька, догоняя ее у калитки.

Парохода еще не было. На пристани толпился народ, бросая любопытные и соболезнующие взгляды на забинтованного больного ребенка. Нюра, сидя на скамейке, держала Марьяшку на руках и, не обращая внимания на собравшихся вокруг людей, тихонько шептала ей ласковые слова.

Марина и Катя, стоя у билетной кассы, о чем-то разговаривали с кассиром.

- Иди, не бойся! Отдай ей ложечку-то… - вдруг донесся до них тихий голос.

Ленька, держа за руку свою подружку, осторожно подвел ее к Нюре.

- Марьяшечка, родненькая… вот ложка… - звенящим от волнения голосом сказала Динка и положила на грудь девочки ложку.

- Доченька, ложечку твою принесли! Вот она, ложечка-то… - вкладывая в руку девочки ложку, зашептала мать. Марьяшка пошевелила головкой и тяжко застонала. Губы у Динки задрожали.

- Не плачь! - строго остановил ее Ленька. - Скажи: «выздоравливай, Марьяшка!..»

- Выздоравливай, Марьяшка! - прошептала за ним Динка.

- Ворочайся, мол, скорее из больницы, - снова сказал Ленька.

Серые глаза его неотступно и настороженно следили за каждым движением девочки. Тонкие темные брови узеньким Мостиком сошлись у переносья и придавали его бледному лицу строгое и трагическое выражение.

- Поцелуй ее в ручку, и пойдем! - крепко держа за руку девочку и не замечая никого вокруг, тихо шептал Ленька… Нюра плакала. Стоявшие вокруг женщины вытирали глаза. Марина и Катя, онемев от удивления, Смотрели иа обоих детей.

- Теперь пойдем, - ласково сказал Ленька.

Девочка не противилась, по, отойдя на несколько шагов, остановилась, неуверенно оглядываясь назад… Ленька, наклонившись над ней, что-то сказал. Динка послушалась и, держась за его руку, тихо пошла рядом. Потом снова остановилась, и снова он что-то сказал ей… Потом их детские фигурки замешались в толпе и скрылись из глаз…