Андрей Максимов - Солнце на дороге

Рядом с ним стоял в воде Малко.

Больше рядом не было никого. Все люди сгрудились на берегу. Они явно были взволнованы, перешептывались о чем-то, показывая в сторону озера.

Антошин даже повертел головой, чтобы понять, куда это все смотрят, пока не понял: смотрят на них.

От людей отделился Седой и произнес торжественно:

— Вот два человека, которые осквернили нашу молитву! Они пришли сюда, чтобы оскорбить нас! Они присоединились к нам, хотя и не верят нашим богам! Это враги, и мы должны решить, что теперь с ними делать.

«Какой же из меня плохой физиономист! — расстроился Антошин. — Неужели не ясно: если человек все время улыбается, он не может быть искренним?! Прав был Голос: надо внимательнее выбирать людей, а я вот этого совсем не умею».

Антошин и Малко двинулись к берегу, где их ждали разгневанные люди.

Антошин внимательно оглядел стоящих.

Хотя часть из них и была вооружена луками и короткими мечами, полковнику показалось, что людьми движет скорее любопытство, чем агрессия.

К тому же они ведь только что молились…

Но даже молитва не уничтожает злобу.

Антошин видел однажды, как толпа ворвалась в храм во время молитвы и молящиеся тут же вскочили, схватили свое оружие и начали яростно отстаивать свою святыню, сея смерть направо и налево.

И все-таки… Что делает молящийся человек? Он творит свой собственный мир. Для верующего человека нет иного способа сотворить мир для самого себя. Творить мир… Мир творить… Миро творить… Умиротворение…

«Все-таки молитва должна приносить умиротворение. Должна! Надо попробовать с ними договориться, — решил Антошин. — Люди только что разговаривали с богами. Неужто они сразу набросятся на таких же, как они, людей, к тому же невинных? Попробуем. Ну а уж если не получится…»

Полковник поднял с земли свой меч.

Тут же к нему подошла девушка и, беззлобно улыбаясь, положила свою тонкую руку на его оружие.

Другая девушка подошла к Малко.

Выхватить меч, убить девушку, бежать в лес?

«Ты ведь хотел попробовать договориться, полковник. В чем, собственно говоря, виновата эта девушка с огромными зелеными глазами? Ты — инородец, ты — чужой в этом мире. Веди себя так, как полагается гостю».

Антошин безропотно отдал и меч, и нож. И даже поклонился зачем-то.

Глядя на полковника, так же поступил и Малко.

Девушка неожиданно поцеловала Антошина в губы и со смехом отошла.

Малко сумел увернуться от поцелуя, покраснев, как и положено мальчишке.

Все это время Седой, столь опрометчиво понравившийся Антошину, молча наблюдал за происходящим.

Когда мечи и ножи были унесены, Седой обратился к своим товарищам:

— Покуда мы предавались святой молитве, два чужака пришли к нам. Два незваных гостя. Два изверга. Они стояли и наблюдали за вами, не думая присоединяться. Знаете ли вы, как называются люди, которые не хотят присоединяться к молитве?

Толпа ответила недобрым гулом.

Седой победным взглядом окинул толпу.

— Да, на святом озере мы даже не можем произнести это ужасное слово. Но все мы понимаем, о чем идет речь.

— У-у-у-у! — подтвердила толпа.

Не понимая, о чем говорят эти люди, Малко испуганно прижался к полковнику.

«Интересно, — некстати подумал Антошин, — а толпа когда-нибудь бывает доброй? Может ли случиться, чтобы люди, объединившись в толпу, сделали что-нибудь хорошее?»

— Мне пришлось пойти на хитрость. — Седой опустил глаза. — Я заставил их присоединиться к молящимся, чтобы они не убежали. И вот теперь мы должны решить, что делать с этими врагами.

Из толпы вышла высокая женщина с длинными белыми как снег волосами. Она сразу понравилась Антошину, хотя после ошибки с Седым полковник своим ощущениям не очень доверял.

Полковник решил назвать ее Длинноволоска.

— Почему ты решил, что они враги? — спросила Длинноволоска.

Вопрос Длинноволоски возмутил Седого.

— А кто еще может ходить по лесу в это время? — закричал он. — Кто? Они или враги, или разведчики врагов. Разве это не ясно?

Антошин понял, что пора вступать в разговор:

— Мы не враги. И не разведчики врагов. Мы — путники.

Седой посмотрел хитро и спросил:

— Куда же и зачем вы держите путь?

— Что он спросил? — поинтересовался Малко.

Антошин перевел, а сам начал соображать, стоит отвечать правду или надо что-нибудь быстро придумать.

Малко ответил сам:

— Разве ты не знаешь, уважаемый, что путь держат всегда только за одним — за радостями от неведомой жизни. Так всегда говорил мой отец. Или ты можешь указать какую-то иную цель путешествия?