Тамара Крюкова - Лунный рыцарь

— Ах ты, сушеный стручок! Коряга трухлявая! Вздумала меня обойти?! На королевского отпрыска позарилась. Не выйдет! Я тебе покажу, как вставать мне поперек дороги! — взвизгнула Ведунья и, подхватив хвост юбки, смерчем закружилась на месте.

Пламя свечи задрожало и погасло. Змея от греха подальше заползла под стул. У Филина вздыбились перья. Вдруг все стихло. Ведуньи в пещере не было.

— С-сорвалась. Можно спать, — прошипела Змея, сворачиваясь возле ножки стола.

— Угу, — охотно согласился Филин.

Они привыкли к взрывному характеру своей хозяйки и давно научились не принимать ее приступы гнева близко к сердцу.

На поляну, окруженную рябинами, с ясного неба налетел вихрь. Молодые деревца в испуге пригнулись к земле, а папоротники полегли, как подкошенные. Смерч закрутился вокруг старой коряги, срывая лохмотья засохшей коры и взметая пучки прошлогодней травы. Внезапно ураган утих. Там, где только что бушевал ветер, появилась старушенция в старомодном чепце и рыжеватой юбке с длинным хвостом. Она сердито ткнула пальцем в сухую корягу, стоящую посреди поляны, и со злостью произнесла:

— Что, старая колода, зажухла? Хватит притворяться глухой да немощной. Держи передо мной ответ, а не то я самому Князю Тьмы жалобу подам, что ты нарушаешь закон!

Ведунья в сердцах топнула ногой. Коряга заскрипела, будто разминая затекшие суставы, и обратилась в Лесовуху.

— Никак Ведунья из Лисьей норы пожаловала? Вот так гостья! Пошто сердишься? Про какой такой закон толкуешь? — спросила она с наигранной невинностью, хотя тотчас смекнула, что ведьма пронюхала про ее уговор с Глебом.

— Знамо дело про какой. Всякой мелкой нечисти вроде леших да водяных не по рангу вмешиваться в дела людей. По вашей части дождь наворожить или засуху наслать. А между людьми интриги плести — это не вашего ума дело.

— Не возьму я в толк, о чем ты молвишь. Я в людские дела сроду не мешалась, — возразила Лесовуха.

— Ах ты, шишка гнилая. Вздумала мне лгать? Скажи, с какой такой радости ты королевскому щенку отдала заговоренный клад? Что он тебе дал взамен?

«А вот это не твоего ума дело», — подумала лесная старушка, а вслух произнесла:

— Так ведь он меня по всему лесу, точно жеребец, катал, за то и плату получил.

— Ох, темнишь. Не слишком ли велика плата? — язвительно спросила Ведунья.

— В самый раз. Это в вашем ведьмовском племени принято за душами людскими охотиться. А нам, лешим, и на закорках покататься — радость.

— Ну, смотри. Ежели ты задумала меня вокруг пальца обвести и сама юнца к рукам прибрать, то держись, — пригрозила ведьма.

— Куда мне с тобой тягаться! Сама подумай, разве у меня получилось бы выманить душу у парнишки, коли это даже тебе оказалось не под силу.

Подколка Лесовухи больно задела Ведунью. Не хватало еще, чтобы вся нечисть в округе судачила о ее неудаче! В ведьме с новой силой всколыхнулась злость на королевского отпрыска. Эдак по его милости все решат, что она вовсе потеряла силу.

— Ну, ну. Ты думай, с кем говоришь, — она сердито осадила Лесовуху. — Я как-никак потомственная ведьма, а не лешачиха какая. Думаешь, я не справилась бы с мальчишкой? Я и не то могу. Просто я не больно старалась заполучить его душу, — солгала Ведунья.

— Вот и я о том же. Куда мне с тобой тягаться, — в притворном раболепии поклонилась Лесовуха.

— Что правда, то правда, — высокомерно произнесла Ведунья. — А теперь, если не хочешь нажить себе врага, живо рассказывай, в чем секрет клада и как его отыскать.

— Отчего же не рассказать? Клад может отыскать только тот, у кого имеется волшебная монета, — сказала Лесовуха.

Ведунья криво усмехнулась. Дело оказывалось проще пареной репы. Однажды она уже выкрала у мальчишки кошелек. Почему бы не повторить этот трюк еще раз? Она уже прикидывала, как половчее утащить заколдованную монету, когда Лесовуха, будто отвечая на ее мысли, произнесла:

— Мы, лешие, умеем прятать сокровища. Чтобы на клад какой разбойник не позарился, мы нарочно монету заговариваем. Ее ни украсть, ни отнять. Так что не обессудь, если что не так.

С этими словами она снова обратилась в сухую корягу. Ведунья взвилась, поняв, что над ней посмеялись, но что толку говорить с трухлявым пнем? Ее побили ее же оружием, хитростью. При мысли, что ненавистный мальчишка может откупиться от Лунного рыцаря, ведьме стало не по себе. Он был будто заговорен и всегда на редкость ловко выходил победителем. Но теперь у него этот номер не пройдет. Ведунья решила быть хитрее хитрого, но не допустить, чтобы Глеб вышел сухим из воды.