Ольга Русанова - Сестры

Женя опустила голову. Лида молча смотрела на нее. Видно, найти Зину труднее, чем они все думали.

Однако надо было заниматься.

— Лида, пошли! — решительно сказала Женя.

Девочки поднялись в свою рабочую комнату.

Лида взяла с этажерки книжку прописей и стала из нее переписывать в Женину тетрадь: «Кошка Машка поймала мышку…»

Лидино перо то едва касалось бумаги, оставляя на ней черту тоньше паутины, то делало нажим — и тогда крохотная черная капелька, словно бисеринка, украшала букву.

— Вот тебе сегодняшний урок, — сказала Лида.

«Кошка Машка…» — вывела Женя и насупилась. Рядом с Лидиными ее буквы были толстые, как бревна.

— Ничего, научишься, — подбодрила ее Лида. — Ты ведь уже лучше пишешь.

«Кошка Машка поймала мышку»… Женя давно кончила заданные на сегодня три страницы, но все еще продолжала писать. Ей казалось: вот еще немножко — и буквы у нее получатся вроде Лидиных.

Кошка… А ведь глупо писать про какую-то кошку, когда надо еще выучить глухие согласные. И Женя стала выписывать в тетрадку: б, т, п… Потом вдруг засмеялась и закричала:

— Лида, я придумала! Напиши мне пропись: «Степка, хочешь щец? Фу!» Из глухих согласных.

Лида за круглым столиком читала «Войну и мир».

— Каких «щец»?

Женя объяснила.

— А знаешь, Женя, ты научишься! Ты ведь такая упорная! Только тебе надо в школу на Маросейке, а не к нам, в сто шестидесятую. Наша Нина Андреевна тебя провалит.

И Лида сказала, что в школе на Маросейке, где учится несколько пятиклассниц, учительница очень добрая, требует мало, у нее все сойдет. Только вот Тамара Петровна хочет, чтобы девочки учились вместе, в одной школе. И в этом году, кажется, всех переведут в сто шестидесятую.

— А уж если наша Нина Андреевна заметит, что ты хоть чего-нибудь не знаешь, так сразу и скажет: «Максимова Женя, не жди от меня поблажки!»

— А мне поблажки и не надо! — обиделась Женя.

Сдвинув брови, плотно сжав губы, она стала выводить новую строчку: «Степ…»

— Тогда все в порядке! — засмеялась Лида.

Она спрятала книгу в стол и ушла в Дом пионеров.

Женя кончила писать и взялась за географию. Вдруг в коридоре послышался шум, топот ног, и в рабочую комнату гурьбой ввалились Майя, Аля, Кира и за ними чуть ли не все младшие.

Зловещим топотом они доложили:

— Женя… Женя… там…

— Что? — испугалась Женя.

— Там тебя ищет… вот… Иди скорей!

Они говорили все сразу и показывали на окно. Женя ничего не поняла.

— Кто ищет?

— Мальчик! — выпалила Аля и вытаращила глаза.

— Какой мальчик?

— А мы не знаем какой.

Женя закрыла тетрадь:

— Где он? В вестибюле?

— Нет, он на улице.

— Почему же вы его не позвали?

— А он боится нас и не идет!

Женя побежала к выходу.

Девочки кинулись в зал, к распахнутым окнам, стали взбираться на подоконники. Вот смешной мальчик! Почему он их боится? Уж они ему покажут, раз боится!..

— Вот он, вот!

Девочки увидели, как Женя подошла к загорелому мальчику в коротких носках и белой рубашке с красным галстуком, подала ему руку.

— Меня бабушка послала, — сказал он, теребя в руках выгоревшую кепку.

— Да? — встрепенулась Женя.

— Бабушка велела спросить, почему ты не приходишь. Она ведь в управлении была. — Он нахлобучил кепку на стриженую голову. — Пришла к Журавлевой: «Вы что долго ищете, второй год дело тянется!» А Журавлева отвечает ей: «Бабушка, не волнуйтесь, все меры приняты». А бабушка и говорит: «Да поскорей бы надо, а то следы вовсе затеряются».

— Так и сказала: «Все меры приняты»? — переспросила Женя.

— А как же! Так что ты, Женя, духом не падай.

Они прошлись мимо дома. Женя озабоченно смотрела прямо перед собой и молчала. У крыльца они остановились.

Мальчик неловко протянул ей руку.

— До свиданья! — пропищала Майя.

— До свиданья! До свиданья! — подхватили девочки на разные голоса.

Мальчик посмотрел на окна и показал кулак сидящим на подоконниках девочкам. Нина, не стерпев, высунула язык. Аля, растопырив пальцы, показала нос.

Мальчик покраснел и отвернулся. Поковырял каблуком мягкий асфальт и сказал:

— Женя, приходи к нам на стадион. В воскресенье игра будет. Я вратарем. Против наших «Чистых прудов» знаешь кто? Сборная «Воронцово поле». Дело будет! Приходи.

— А нам можно? — пропищала из окна Майя.

— Мы все придем! — пробасила Аля.

Девочки подхватили:

— Все! Все!

— И пожалуйста, приходите! — Витя повернулся и, не оглядываясь, пошел по раскаленной улице.