Ричмал Кромптон - Этот Вильям!

— Бьюсь об заклад, он немецкий шпион, — сказал Генри. — Это точно. Вот почему он убежал. Ведь не мог же он испугаться этого старикана Гарри Дэра? Такой здоровенный дядька! Записную книжку он не хотел выкидывать. Он ее нечаянно уронил. Точно… И наверняка я найду там всякие шпионские записи. И тогда я отправлю ее королю, и получу награду за помощь в победе над врагом…

На следующий день Филиппа опять пригласила Клода Брейдинга в гости. Он был в хорошем настроении, потому что домой его должен был отвезти шофер и никакая передряга ему больше не угрожала. О вчерашнем ему тем не менее пришлось поразмышлять. Вернувшись в свою хорошо освещенную комнату, он осознал, что случившееся совсем не вяжется с историями, которыми он похвалялся. Он мог бы и не придавать этому значения, но, к сожалению, дело осложнялось тем, что портсигар, который он сунул в чьи-то руки, был в прошлом месяце подарен ему на день рожденья Филиппой, и она, конечно, сразу заметит его исчезновение. Случалось, он забывал его брать с собой и вместо него доставал пачку с сигаретами, тогда Филиппа начинала дуться и говорила: «Конечно, если он вам не нравится…» Клоду приходилось уверять ее в обратном… Надо было найти какое-то объяснение. Потом его вдруг осенило, что можно все обратить в свою же пользу. Только «слегка приукрасить»…

К своей досаде в гостиной Филиппы он увидел Роберта, но явное облегчение, с каким Филиппа встретила появление Клода, свидетельствовало о том, что Роберт ей как всегда наскучил.

— Удивительная история приключилась со мной вчера вечером, — сказал Клод, оживленно улыбаясь и беря чашку с чаем. — Тем более удивительная, если вы вспомните, о чем мы говорили вчера.

— О чем мы говорили вчера? — спросила Филиппа.

— Разбой на дорогах во время затемнения, — напомнил Клод.

— Ах, да…

— Ну так вот, поразительно то, — сказал Клод, продолжая улыбаться, — что, когда я шел домой, на меня напали.

Сообщение вызвало реакцию, которая не могла Клоду не понравиться.

— О, Клод! — встревоженно воскликнула Филиппа, прижав руки к груди.

У Роберта, помимо собственной воли, вырвалось:

— Да ну! Где?

— Боюсь, я не силен в географии, когда кругом хоть глаз выколи, — сказал Клод. — Но могу сказать определенно, это случилось где-то по дороге отсюда к моему дому. Меня окружила банда.

Это опять произвело эффект.

— Банда! — ужаснулась Филиппа.

— Господи! — сказал Роберт.

— О да, — небрежно сказал Клод. — Местные этим не занимаются. А банды головорезов переезжают с места на место и во время затемнения нападают на одиноких прохожих. В таких бандах немало профессиональных боксеров, я думаю, даже издалека, из Лондона. Их было четверо или пятеро.

Филиппа ахнула, и опять это ее восклицание музыкой отозвалось в сердце Клода.

— Конечно, если бы я сам не занимался немного боксом, — скромно продолжал он, — скорее всего я не сидел бы тут сейчас с вами. Это были самые что ни на есть бандюги.

— Что они сделали? — спросил Роберт.

— Что сделали? — переспросил Клод с улыбкой. — Напали на меня, вот что они сделали. Они доставили мне немало хлопот, должен вам сказать. К моменту, когда я уложил четвертого, первый вскочил. Мне удалось оглушить двоих, остались только двое, и я быстренько с ними разделался.

— О, Клод! — восхищенно произнесла Филиппа.

Роберт смотрел на него, как про себя отметил Клод, каким-то противным взглядом. «Конечно, зеленеет от зависти», — подумал Клод. Он-то не смог бы выйти победителем из схватки с четырьмя бандитами. Теперь Клод сам почти верил в правдивость своих небылиц.

— Четверо? — сказал Роберт и добавил: — И на тебе никаких отметин?

— Отметин? — хохотнул Клод. — Друг мой, у меня же большой опыт. Я знаю, как не подпускать к себе противника. Так что все отметины на этих рыцарях ночи. Думаю, по меньшей мере, двое из них еще и сейчас в плачевном состоянии.

— Как хорошо, что все благополучно закончилось, — сказала Филиппа. — Надеюсь, вы заявили в полицию?

— Видите ли, — с некоторой заминкой начал Клод, — полагаю, надо бы заявить, поскольку, хотя я и побил их, но, к сожалению, при этом потерял нечто очень для меня дорогое.

— Каким образом? — спросил Роберт все с тем же «противным» лицом.

Клод, не глядя на него, продолжал, обращаясь к Филиппе:

— Был еще пятый вместе с ними, которого я увидел в самом конце. Очевидно, профессиональный карманник, и он обшарил мои карманы, когда я был занят дракой. Я заметил его убегавшим вместе с другими, когда они получили свое. Но только некоторое время спустя я обнаружил, что он обчистил мои карманы. Украл часы (я вчера их сунул в карман), записную книжку и деньги, но это не беда. Вот о чем я действительно сожалею, — тут он с чувством посмотрел на Филиппу, — так это о портсигаре, который вы мне подарили и который был мне так дорог. А этот подонок стащил его.