Сейчас я была просто в джинсах и толстовке. Вертела головой и ахала. Вдоль шоссе шагали кокосовые пальмы с растрепанными макушками. А стволы, стволы-то у них какие забавные. Словно длинные бутылки, отлитые из светло-сиреневого бетона. Чем-то кокосовая пальма напоминала мне дядю Андрея – тот тоже длинный, в сиренево-сером костюме, и седые волосы у него лохматые, как их зеленые прически.
А машины! Слушайте, я что, в музее? Или смотрю смешной детский фильм? Больше всего машин знакомых – это «Жигули», но старые-престарые, с крыльями разных цветов, а то и просто некрашеными. «Жигули» разных моделей – шестые, пятые, четвертые… даже первые – «копейки» с круглыми выпученными глазами. А еще старинные «Победы» с горбатыми «спинами», как огромные жуки, я видела такие в фильме «Подкидыш». А еще старинные «Волги», «Запорожцы»… Все ясненько! Куба «донашивала» братскую помощь Советского Союза. У иной «Волги» вместо заводской эмблемы – оленя, наверное, потерянной за много лет жизни, на носу припаян лебедь с изогнутой шеей! На капоте другой – самолет, носом устремленный в небо. Может, это летающая машина? Ха-ха! Сейчас умру от смеха! А еще было много незнакомых американских легковушек из тридцатых или пятидесятых годов – я их тоже в старых фильмах видела, в киношке «Назад, в будущее» их полно. И все это разношерстное стадо сигналило, гудело, веселилось! Ага, звуковые сигналы здесь, значит, не запрещены. Может быть, я уже в прошлом веке? А? И везде, всюду пальмы, пальмы, пальмы с зелеными шевелюрами. Мелькают экзотические цветы на незнакомых кустах. Из деревьев мне знакомы только бананы. Знаю-знаю, что это трава. Но какая! Бананы висят на «травинках» не по пять каких-нибудь штучек – гроздья состоят из сотен плодов.
Иногда я оглядываюсь на своих спутников, чтобы что-нибудь у них спросить, и вижу только Александра, сидящего наискосок. И я замечаю, что у него синие глаза и белесые ресницы. Очень он был весь какой-то разноцветный – рыжий, синеглазый, с яркими коричневыми родинками на руках. И футболка у него под цвет глаз – нарочно, что ли, такую надел, чтобы их цвет подчеркнуть? Вряд ли, мальчишки до этого не додумаются! В этом отношении они туповатые.
Ура, ура, трижды ура! Народ, я вынырнула из московских сугробов прямо в лето. Наверное, оно отсюда, это чувство нереальности, словно я смотрю старый латиноамериканский фильм. Я высовываюсь в открытое окно машины, поднимаю голову к глубокому синему небу. Какое же оно летнее, безоблачное! Я гляжу на чернокожих людей в легких одеждах, на стайку детей в пионерских галстуках. Вау! У них водятся пионеры! Это племя давно пропало с наших российских просторов! Мы иногда говорили об этом в школе и жалели. У Алишки сохранился мамин красный галстук… Она однажды надела его, и я ее сфотографировала. Мне понравилось, мы поменялись ролями, где-то в моем компьютере есть снимок меня «пионерки». … Проехали обломки каменных стен… Блин, я же не смотрю старый латиноамериканский фильм. Я сама участвую в его съемках! Снимается эпизод: героиня в такси!
Довезли меня до гостиницы.
Папа в каждом отеле заказал по два номера. Дядя Андрей по этому поводу высказался:
– Понятно, почему папа по два номера оформил. Ведь ты большая, в одном номере папа с тобой стесняется жить.
Стесняется! Да не стесняется он, а от меня отвык – мы же в разных квартирах проживаем. И в разных домах. И в разных районах. Интересно, а дядя Андрей знает об этом или нет? Но я не собираюсь на эту тему распространяться, какое кому дело?
Сейчас дядя Андрей что-то быстро объяснил на ресепшене. Я показала паспорт, и мне выдали пластиковую карту-ключ от моей комнаты.
– Иди, устраивайся, – сказал дядя Андрей, – твоя комната на пятом этаже, а мы тебя в холле подождем.
Он направил меня к лифту.
Холл огромный, с маленькими, для двух персон, диванчиками, а на них маленькие подушки-думки, чтобы посетителям было удобно сидеть. За фортепьяно в центре зала молодой человек наигрывает что-то спокойное. Живая музыка в отеле… классно!
Коридор длинный, паркет сверкает лаком, в расширениях коридора стоят вазы с кудрявым аспарагусом, цветы выпирают мощными валиками, а потом зеленым водопадом спадают до самого пола. Какой же он тут здоровый… у нас дома аспарагус в горшочке хилый и задумчивый, а тут он прямо буйствует, не раздумывая ни о чем.
Легко катится за мной красный чемоданчик. И на душе легко, петь хочется.
Что такое? Кому-то еще кроме меня хочется петь. По коридору разносится кубинская песня. По мере того как я подхожу к номеру, песня все слышнее и слышнее… Может, кто-то прямо в моей комнате поет? Песня для гостьи из северной страны? А, понятно! Рядом с моим номером убирают соседнюю комнату. В проеме двери видна пышнотелая кубинка с кружевной наколкой на голове в белом переднике. Ой, какая же она коричневая! Просто шоколадка. В ее руках летает швабра, а по всему этажу летит песня… вот певунья! Я улыбаюсь ей, киваю в проем и открываю свой номер. Песня тут же замолкает. Я ее спугнула! Она решила мне не мешать!
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу