Жаклин Уилсон - Дневник Трейси Бикер

— Осторожно, Трейси!

— Трейси, вернись, чокнутая!

Сердце сильно застучало, а руки вспотели. Я подумала, что надо парней еще слегка подзавести, и стала, собрав волю в кулак, карабкаться выше и выше. С ветки на ветку. За рукой — рука, за ногой…

Уже близко была вершина, и ветки стали совсем тонкими. Как только я за них хваталась, они тут же ломались, но я лезла все выше, выше и выше.

Я прицепила трусы на самую макушку, как белую елочную звезду. И тут настоящие звезды мне улыбнулись. Целая галактика созвездий победно засияла мне навстречу. Получилось! Я победила в самой рискованной игре!

Затем я стала слезать, все ниже и ниже, пока не поравнялась с подоконником. Александр и Футболист, раскрыв рты, уставились на меня, как на ангела, который спустился к ним с небес.

— Эй, вы! С дороги! Чего уставились? — воскликнула я, и они расступились. Словно шторы на окне раздвинулись.

Я приготовилась к прыжку и впрыгнула прямо в окно. Даже не упала, а спокойно приземлилась на ноги. Потрясающая Трейси! Знаменитая девочка-кошка, у которой впереди не одна, а девять жизней!

— Ну что? Видели? — И я прошлась по комнате в буйном танце. Футболист заплясал со мной, подпрыгивая и похлопывая меня по спине:

— Вот это да! Ты классная девчонка! Долой трусы!

— Ну конечно, я великая! Ведь правда? Правда, Александр?

— Ты самая сумасшедшая! Я чуть в желе не превратился от страха, пока за тобой наблюдал. Смотри, я и сейчас дрожу.

— Желе из маринованных огурчиков. Фу, какая гадость!

— Сумасшедшая! Вы оба сумасшедшие! — сказал Александр. — Неужели ты не понимаешь, что могла разбиться? Ничего в этом нет великого.

— Нет, это ты великий! Самый великий и противный зануда на свете, — сказала я, толкнув его. Как он смеет не оценить по достоинству моего потрясающего достижения?

— Хватит меня толкать, — сказал Александр и снова сгорбился. — Ты не можешь, не можешь и еще раз не можешь стать великой только потому, что по-глупому рискуешь своей жизнью!

Мне захотелось его прикончить. Он вел себя как назойливая мошка, которая вьется под ногами и кусает тебя за лодыжку. В любую минуту можно протянуть руку и — ХЛОП!

— Лучше не доводи меня! — предупредила я и снова его толкнула.

— Ты на меня обиделась за то, что я сказал про твою маму. Потому и задираешься.

— Вовсе нет! — возмутилась я. — Просто меня бесит твое безобразное поведение!

— Неудивительно, что к тебе все в школе пристают, — хмыкнул Футболист. — Неудивительно, что ты и своего папу бесишь.

На этот раз он до него не дотронулся, но уж лучше бы он его толкнул. Я напряглась:

— Ну нет, папа его по-своему любит.

— Нет, не любит, — сказал Александр, и по его щекам покатились крупные слезы. — Он меня терпеть не может.

Я почувствовала себя так мерзко, что еще больше разозлилась.

— Все это неправда. Не дури! — И вдруг я его опять толкнула. — Ты начинаешь меня сейчас по-настоящему доставать.

— Ты всегда меня раздражал, Огурчик! — сказал Футболист.

— Не называй меня так, — всхлипнув, попросил Александр.

— Огурчик, Огурчик, Огурчик! — запел Футболист. — Сморщенный маленький Огурчик, который не умеет играть в рискованные игры.

— Нет, я играл и выполнил задание, да, Трейси?

— Ага, и как дурак разрешил всей школе называть себя Маринованным Огурчиком.

— Прекрати!

— Огурчик! Огурчик! Огурчик! — заорала я ему прямо в лицо.

Футболист не отставал от меня.

— Выметайся отсюда, Огурчик! Это наш дом, — скомандовал он.

— Я сюда первым пришел, — плакал Александр.

— А сейчас мы сюда пришли, — сказала я.

— И ты нам здесь не нужен, правда, Трейси?

Я не могла быть такой вредной. Частичка меня хотела обнять и утешить Александра. Он почувствовал мою слабину и громко всхлипнул.

— Я согласен еще на одно испытание, если вы разрешите мне остаться.

— Ладно, слабо залезть на дерево и принести назад трусы Трейси? — выпалил Футболист.

— Нет! — сказала я.

— Да! — сказал Футболист.

— Ладно! — сказал Александр.

— Не сходи с ума! — сказала я и вдруг испугалась. Все завертелось настолько стремительно, что я ничего не могла поделать.

— Футболист, прошу тебя, не надо его так испытывать.

— Я ведь справился с испытанием, и ты тоже. Хотя ты маленькая да еще девчонка.

— Я готов, — сказал Александр, — хотя все равно думаю, что это безумие и я могу погибнуть, но мне все равно. Я пройду испытание! Я вам докажу! — И он побежал к окну.