Ильмар Томуск - Привет, Волли!

— Да ничего, не очень больно, — усмехнулся дядя Пауль, потирая затылок, и пошёл дальше, размышляя вслух: работаешь целый день в городе, трудишься, стараешься для людей, наконец приезжаешь домой. Идёшь купаться, и тут какой-то сорванец лупит тебя по голове лыжей. Я, наверное, единственный человек на свете, кому третьего июля в десять часов вечера два раза подряд досталось по голове лыжей. Дядя Пауль глубоко задумался.

А Волли радовался, потому что папа развёл во дворе большой костёр. И когда лыжа уже почти догорела и только железное крепление ещё тлело на углях, Волли пошёл в дом, почистил зубы, сходил в душ и забрался в кровать, потому что он очень устал за этот длинный и счастливый летний день.

Как это птица летает в темноте и видит? — спросил Волли у папы. Они были у дяди Альдо на даче, окружённой густым лесом, и смотрели во дворе на звёзды.

— Это не птица. Это летуча я мышь, — объяснил папа. — Летучая мышь похожа на настоящую мышь. — Только у неё длинные лапки, а между лапками натянута тоненькая кожица прямо до самого хвоста. Эта кожа и служит ей крыльями.

— А почему летучая мышь не врезается в дерево или в крышу, хотя на улице полная темнота? — поинтересовался Волли.

Папа ненадолго задумался и объяснил:

— Потому что летучие мыши смотрят не глазами. Они тонко попискивают носом и ртом, люди этого даже не слышат. Деревья и крыша отражают звуки, они возвращаются к мыши, и она понимает, куда ей лететь. У летучей мыши есть такое устройство, локатор, вот оно и помогает ей летать и ловить насекомых.

— А у меня тоже есть такой локатор? — спросил Волли. — Я бы хотел ночью ходить по комнате, чтобы не надо было зажигать свет.

— У обычного человека такого локатора нет, но некоторые слепые люди так натренировались что у них локатор не хуже чем у летучих мышей.

— А слепые люди могут ловить своим локатором насекомых? — продолжал расспрашивать Волли.

— Да нет, они едят обычную еду, — ответил папа.

— Когда я вырасту большим, я изобрету машину, которая сделает меня слепым, и тогда я буду тренировать свой локатор, — решил Волли.

— Не очень хорошая идея, — возразил папа. — Но ты можешь и так иногда тренироваться в темной комнате. Например, посвистеть или покашлять и послушать, отражается ли голос от стен и предметов.

Спустя несколько дней, когда все в доме легли спать, папа услышал посреди ночи сильный грохот.

— Опять, что ли, дядя Томас мясо рубит? — спросил он сквозь сон у мамы.

Ты спи, спи, дядя Томас был в деревне, а мы уже несколько лет живем в Таллинне, — успокоила его мама.

Только папа стал снова засыпать, как из другой комнаты послышался тихий свист. Затем папа услышал шаги, потом опять что-то грохнулось. Немного погодя из соседней комнаты донеслось покашливание, кашель попеременно чередовался со свистом.

— Мама, просыпайся, у нас, кажется, воры, — прошептал папа и потряс маму за плечо. Мама открыла глаза и посмотрела на часы.

— Время полвторого ночи, к тому же у нас дверь на замке и внизу звонок. Спи.

Но чтобы успокоить папу, мама сама на секундочку прислушалась. Именно в этот момент в соседней комнате на пол упало что-то стеклянное и разбилось. Потом всё стихло.

— Давай вызовем полицию, — решил папа и позвонил в полицию. — У нас воры, приезжайте скорее, — сказал он, назвал адрес и объяснил, как снизу попасть в подъезд.

— Какой ты смелый! — восхитилась мама.

Папа взял из шкафа фонарик, подкрался на цыпочках к двери в большую комнату и распахнул её. Яркий луч света остановился на перевёрнутом кресле. Потом папа заметил рядом со шкафом разбитую вазу. Большие папины словари, обычно стоявшие на полке, были свалены вперемешку в углу между диваном и полкой. А посреди комнаты стоял Волли. На голове у него был папин старый шлем, напоминающий яичную скорлупу. Еще Волли надел огромные кожаные мотоциклетные перчатки. Волли стоял, вытянув вперёд руки, посвистывал и покашливал и затем прислушивался, пытаясь уловить своим локатором отраженные от стен и мебели покашливание и свист.

Вдруг снизу раздался звонок. Папа побежал к двери и взял трубку.

— Полиция, откройте! — громко сказал полицейский.

— Нам… нам, кажется, уже не нужна полиция, мы сами справимся, — ответил папа извиняющимся тоном.

Но вы же звонили, что у вас воры! — слегка раздражённо возразил полицейский.