Эндрю Холмс - Клуб для джентльменов

Нет, с автоответчиком не тот эффект. Нужно поговорить напрямую, умаслить Дженнино эго порцией гриэловского масла. Поэтому я пробую дозвониться до ее офиса. Но и там автоответчик. То ли она опаздывает на работу, то ли отлучилась в туалет. Упрямо набираю еще раз. Зажигаю «Мальборо» и сую сигарету в угол своего покореженного рта — а-ля Хамфри Богарт.

На экране загрузилась картинка клубной раздевалки. Пять или шесть девушек. Доминирует большегрудая Фортуна. В трусах и лифчике, вынула из шкафа альбомчик и несет что-то ядовитое, тыча пальцем в фотографии. Остальные смеются. Хайди в комнате нет. Я не выхожу из сайта — в надежде, что она появится.

— Да, слушаю, — раздается в трубке, про которую я уже забыл.

— Алло, Дженни?

— Она самая. Итак, блудный сын объявился!

Я до того поражен, что из разбитого рта вываливается сигарета. Я ожидал ругани, а не добродушной подколки. Похоже, мой хамский поступок ее не слишком задел.

— Да, блудный сын звонит с покаянием, — говорю я ей в тон. — Как у вас настроение?

— Лучше, чем вчера. Я вам оставила сообщение на автоответчике, слышали?

— Да, конечно, — вру я. — Раз вчера не вышло, отчего бы нам сегодня не встретиться?

— Сегодня мне неудобно, — заявляет Дженни. Вряд ли она так отчаянно занята. Просто хочет, чтобы ее уговаривали.

На экране новый кадр: девушки сгрудились вокруг Фортуны и хохочут, заглядывая в фотоальбом.

— Как выманить вас из офиса? — говорю я сладчайшим — гриэлейшим — голосом. — В такой прекрасный день…

Мне хочется сказать: в такой прекрасный день у меня нет ни малейшей охоты встречаться с тобой, глупая дура. Но мне нужно экстренно смастерить и сдать интервью, иначе я не получу денежек, и треклятый карлик Купер спроворит мне маникюр в тостере. И твоя запись той беседы, против которой я в свое время так восставал, теперь мое единственное спасение!

На экране картинка обновляется: стриптизерки по-прежнему — или опять — ржут. Не знаю, что им там Фортуна показывает, но похоже, что-то убийственно смешное. Или в сопровождении потешного комментария.

— Как договаривались, — говорит Дженни весело, — статья пойдет только после моего одобрения.

— Нет, мы договаривались, что я вам покажу ее перед публикацией. Про одобрение не было ни слова.

— Да-да, я именно это имела в виду — просто покажете. Наш уговор в силе?

— Конечно.

Про себя я скриплю зубами.

— Ладно, уломали. Давайте вместе пообедаем.

— А кассету вы не забудете принести?

— Не забуду. Она у меня в сумочке. А вы не забудете, что за обед платите вы?

Разумеется, я отвечаю твердым «да» — куда мне деваться?

Новая картинка на экране. В раздевалку заходит девушка — увы, не Хайди. Фортуна подзывает ее — погляди и посмейся!..

К тому времени, когда я, после душа, натягиваю свой многострадальный костюм, я жалею уже не о том, что черт дернул меня вчера двинуть за анораками, а о том, что в общем и целом хорошая задумка не выгорела. В голове вспыхивает неоновыми буквами: «Кокаинчику бы сейчас!» Но тут же, буквально через секунду, гаснет.

Щедро поливаюсь лосьоном после бритья, и плечи невольно расправляются. Опять чувствую себя человеком. Может, потому, что лосьон с алкоголем. Затем я глотаю три таблетки нурофена — полицейский отряд для разгона толпы хулиганов в моей голове.

Вываливаюсь в горячую печку улицы. Солнцезащитные очки очень кстати — хоть часть моей покалеченности прикрывают. Буду рыдать за ними затекшим правым глазом. И в подземке не стану снимать очки — пусть считают рехнутым!

С тротуара звоню Грэхему, который, не здороваясь, с ходу гвоздит:

— Где интервью с этой чертовой Вегас? Почему не у меня на столе?

— А когда ты его хочешь? — говорю я, прекрасно зная ответ: СЕГОДНЯ!!!

— С него я хотел начать свой рабочий день!

— А почему бы тебе не начать с него завтрашний рабочий день? — говорю я.

— Чтоб сегодня к обеду!!!

— А как насчет сегодня вечером — совсем вечером?

— Пять тридцать. И ни минутой позже.

— Шесть.

— Без четверти.

— Договорились.

— Но чтоб ни секундой позже, Гриэл! И чтоб с готовой классной шапкой!

Он добавляет это потому, что я имею привычку оставлять в начале пустое место с припиской «заголовок в работе». В итоге он всякий раз сам придумывает шапку.

— И чтоб манок был! — добавляет Грэхем к добавленному.

Это тоже мой обычный грех: коротенькую врезку, которая вводит читателя в курс дела и будит его аппетит прочитать всю статью, мне всегда лень или некогда сочинять.