Макс Фриш - Пьесы

Иду, иду. (Отстегивает лошадиное копыто.)

Корифей.

Закрыть насос!

Опустить шланги!

Остановить воду!

Красные отсветы исчезают совсем.

Фигура. Ну, готов?

Вельзевул (берется за велосипед). Готов! (Садится на велосипед и звонит.)

Фигура. А рога?

Вельзевул спохватывается и снимает рога.

Анна!

Анна. Что вам угодно?

Фигура. Спасибо, лапочка, спасибо за все твои услуги. Чего это ты такая хмурая ходишь с утра до вечера? Только один раз и засмеялась. Помнишь? Когда мы пели песню про лисицу, про гуся и про охотника.

Анна смеется.

Мы еще ее споем!

Анна. Ой, пожалуйста!

Выступает хор.

Хор.

Житель города, зри...

Фигура. Только покороче!

Хор.

Преисподняя потушена.

Фигура. Благодарю вас. (Шарит по карманам.) Спички у тебя есть?

Вельзевул. Нет.

Фигура. И у меня нет.

Вeльзeвул. Вот каждый раз так!

Фигура. Подарят.

Мартышка приносит попугая.

Попугайчик! (Сажает попугая на правое плечо.) Пока я не забыл, доктор: больше никаких душ не принимать. Скажите голубчикам, что преисподняя забастовала. А если ангел будет спрашивать, скажите, что мы на земле.

Вельзевул звонит.

Фигура. Ну, тронулись!

Оба (уезжают и машут на прощание). Всего хорошего, Готлиб всего хорошего!

Выступает хор.

Хор.

Солнца луч,

Ресница ока божественного,

Снова день всходит

Корифей.

Над возрожденным городом.

Хор.

Аллилуйя!

Вдали слышен крик попугая.

Бабетта. Готлиб...

Бидeрман. Да тихо ты!

Бабетта. Мы что, спасены?

Бидeрман. Главное сейчас - не терять веру.

Проходит вдова Кнехтлинг.

Хор.

Аллилуйя!

Бабетта. Смотря, смотри, Кнехтлингша пошла...

Хор.

Прекраснее прежнего

Из праха и пепла

Восстал наш город

Выметен мусор и забыт уже начисто,

Забыты начисто также

Те, кто обуглились, крики их

Из пламени...

Бидeрман. Жизнь продолжается.

Хор.

Все они стали давней историей.

И немы.

Корифей.

Аллилуйя!

Хор.

Прекрасней прежнего,

Богаче прежнего,

Выше и современнее,

Из стекла и бетона,

Но в сердцах наших прежний,

Аллилуйя,

Восстал наш город!

Вступает орган.

Бабетта. Готлиб...

Бидерман. Ну что тебе?

Бабетта. Как ты думаешь, мы спасены?

Бидерман. Да уж я думаю...

Орган нарастает, Бидерман и Бабетта стоят на коленях.

Занавес падает.

ГРАФ ЭДЕРЛАНД

СТРАШНАЯ ИСТОРИЯ В ДВЕНАДЦАТИ КАРТИНАХ

Перевод Ю. Архипова

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

ПРОКУРОР.

ЭЛЬЗА его жена.

ДОКТОР ГАН.

ХИЛЬДА, ИНГА, КОКО (одна и та же исполнительница).

УБИЙЦА.

СТРАЖНИК.

ОТЕЦ.

МАТЬ.

МАРИО ясновидец.

УГОЛЬЩИКИ.

ПОРТЬЕ.

ЖАНДАРМ.

ШОФЕР.

МИНИСТР ВНУТРЕННИХ ДЕЛ.

ИНСПЕКТОР.

ДИРЕКТОР.

ГЕНЕРАЛ.

ЗАКЛЮЧЕННЫЙ.

СТУДЕНТ.

ДВА КУЛЬТУРТРЕГЕРА.

КЕЛЬНЕРЫ.

СТАРЫЙ ПРЕЗИДЕНТ.

Г-ЖА ГОФМЕЙЕР.

ПОСТОЯЛЬЦЫ, НОСИЛЬЩИК, ЧЛЕНЫ ПРАВИТЕЛЬСТВА, БОЙ, ГОСТИ на приеме, СОЛДАТЫ дворцовой гвардии.

1. Прокурор устал

Рабочий кабинет в особняке прокурора. Ночь. На письменном столе

горит настольная лампа. Прокурор - высокий, крепкого сложения

мужчина лет пятидесяти, - погруженный в свои мысли, неподвижно

стоит посреди комнаты, засунув руки в карманы, и глядит на стену,

сплошь покрытую протоколами. Часы на башне бьют два раза. Вслед

за этим слышится женский голос: "Мартин! Мартин!.." Прокурор не

обращает никакого внимания на крики, но, услышав голос совсем

близко, выключает лампу. Ищущая его жeнщина входит в темную

комнату.

Эльза. Мартин! Мартин!.. Куда ж он делся... (Включает большой свет.) Ты здесь!

Прокурор не меняет позы. Его супруга в ночном халате, у нее

красивое, но заспанное лицо.

Я ищу тебя по всему дому, почему ты не откликаешься? Я уж думала, ты ушел...

Прокурор. Куда?

Эльза. Что случилось?

Прокурор. Я оделся - только и всего.

Эльза. Ночью?

Прокурор. Как видишь,

Эльза. Почему ты не спишь?

Прокурор. А почему ты не спишь? (Берет сигару и неторопливо обрезает ее.) Прости, Эльза, я не хотел тебя будить. Что могло случиться? Я просто оделся, чтобы выкурить сигару, вот и все. (Зажигает сигару.) Не спится что-то.

Эльза. Ты слишком много куришь.

Прокурор. Возможно...

Эльза. Ты слишком много работаешь.

Прокурор. Наверное... Мы все слишком много работаем. До поры до времени. А потом наши славные заседатели удивляются, когда кто-нибудь берется за топор. (Затягивается, потом смеется.) Твой доктор Ган особенно забавен: адвокат, а защищает беднягу, совершенно не разобравшись в том, что тот совершил.