Чадравалын Лодойдамба - Прозрачный Тамир

Тумэр закрыл глаза, потянулся, словно пытаясь стать выше, потом, прищелкнув языком, вскочил в седло.

Сейчас он хотел одного - встретить своего старшего брата Эрдэнэ. Он знал, что Эрдэнэ обычно кочевал в этих местах, по южному склону Далана и по долине Сухэ. Через некоторое время он встретил небольшое стойбище. Хозяин стойбища рассказал ему, что Эрдэнэ с женой и сыном поехали на одноконной телеге в Ургу помолиться богдо. Тумэр решил тоже отправиться в Ургу, чтобы встретиться с братом, однако ему нужно было еще как следует отдохнуть, набраться сил. И вот он стал навещать своих земляков. Все с большой радостью встречали отважного сайнэра и потчевали его самыми лучшими кусками со своего стола. Через несколько дней Тумэр совершенно окреп и отправился в Ургу. Ехать через Сайдванский хошун он не мог и поэтому сделал крюк - выбрал дорогу по южному склону Хангайского хребта. После нескольких дней пути он решил дать коням отдых.

А вот и место для отдыха! Впереди пестрели две диковинные юрты, вокруг которых толпился народ, а неподалеку от них паслись стреноженные кони и верблюды. "Что за странные юрты? - подумал Тумэр. - Такие только у колдунов бывают. Надо посмотреть, что за люди". И Тумэр круто свернул в сторону от дороги. Ему бросилась в глаза пара вороных коней, привязанных к коновязи. Вот это кони! Таких красавцев Тумэр давно не видел. Он привязал своих лошадей рядом и вошел в первую юрту. Тут шел пир, и все уже сильно захмелели. Тумэр присел к столу. Оказалось, что он попал в гости к знаменитому шаману Санжаа, который устроил здесь привал.

- Чары нашего учителя безграничны, - говорил Тумэру сосед, - поэтому он всем помогает в беде. Хочешь, и тебе поможет, только надо ему сделать подарок. Ему все несут дары. Когда мы тронулись с места, у нас было всего три коня, а теперь у нас и коней много и верблюдов. Вот как! Так что неси, что у тебя есть, он и тебе поможет.

Под шум и галдеж Тумэр сытно поужинал. Что же делать? Из ума не шли вороные кони.

Ночью, когда все спали, Тумэр увел коней и спрятал их в лесу. К утру он снова был в лагере шамана, как ни в чем не бывало.

Утром, когда все встали, начался переполох. У шамана увели лошадей! Кто этот нечестивец, что посмел посягнуть на священную собственность служителя духов?

У юрты собрался народ.

- Великий наш учитель найдет вора, - кричал какой-то помощник шамана, он вырвет у него сердце, если этот паршивый пес не вернет коней. Вы это увидите сегодня же вечером.

"Неужто и в самом деле он может это сделать?" - подумал Тумэр. Но ведь и коней приводить назад стыдно! Что скажут о нем люди? Знаменитый сайнэр испугался шамана и привел обратно уведенных коней! Нет, надо подождать, что будет.

Шаману Санжаа, худощавому, невысокому, узкоплечему человеку, с острыми бегающими глазками и седеющей косой, было лет сорок. Шаманить он начал еще двадцатилетним парнем, и натолкнул его на колдовство один любопытный случай. Как-то он заметил в лесу двух коров, а вскоре в степи ему повстречался арат, искавший пропавших животных. Санжаа сообразил, что такой случай упускать не следует. Он прикинулся шаманом и предложил арату свою помощь. Колдовство "помогло" - коровы нашлись. Ясное дело, что арат об этом случае рассказал чуть ли не всему хошуну. С этого и началась слава шамана Санжаа. Вскоре он обзавелся многочисленными помощниками, которым он "рубил" головы, а затем снова ставил их на место, "убивал" их из ружья, а затем воскрешал, ловил доверчивых аратов на различных промахах, а затем помогал им их "исправлять", пользовался невежеством суеверных людей, чтобы при каждом удобном случае доказать свою сверхъестественную силу. И люди верили ему, и всегда на его привалах собиралось много народу.

Вот и теперь, облачившись в ритуальную одежду, Санжаа с невозмутимым видом вышел из своей палатки и глухим голосом сказал:

- Мы съедим сердце вора сегодня вечером.

"Или ты мое сердце, или я твоих коней", - прошептал про себя Тумэр.

Но вот на землю опустились сумерки. Санжаа закружился в танце, призывая всех горных духов найти вора и принести ему его сердце.

Сначала его погремушки и бубен звучали в такт танцу, потом они загремели беспорядочнее и сильнее. Но вот шаман бросил бубен на пол, высоко подпрыгнул и, будто схватив что-то в воздухе, уселся и стал чавкать. При свете плошки все увидели, что рот его и руки обагрились кровью.

- Все! - крикнул шаман. - Конец пришел вору. Я съел его сердце!

Народ зашептался:

- От него никто не укроется.