Тем временем Николас, счастливый Николас, дает урок прелестной мисс Аннабелле. Вот уж действительно, урок! Урок чего? Увы! Увы! Когда двое красивых, чувствительных и пылких молодых людей склоняются над одной и той же книгой, то всем известно, что из этого получается. Все, кто когда-либо перелистывал эту книгу, все равно какую, французскую или древнееврейскую, все знают, что ее страницы говорят на одном и том же языке.
Между тем в отсутствие своего помощника мсье Сквирс сам занимается с учениками. Только один из их числа находится во дворе: это откормленный, нарядно одетый, чистенький и розовощекий мальчик. Рядом с ним мы видим джентльмена по имени Брауди, гуртовщика по роду занятий, который, будучи большим любителем музыки, в настоящую минуту обучает толстого мальчика игре на кларнете.
Толстый мальчик получил от главы школы шутливое прозвище Проспектуса. Почему? Да потому что он очень толст, пышет здоровьем, нарядно одет и что одно его присутствие в школьном дворе способно побудить родителей и опекунов отдать своих детей в это учебное заведение, питомцы которого выглядят так блестяще.
Здесь следует заметить, во-первых, что, выставляя напоказ этого мальчика как типичный образец, тогда как все остальные его питомцы были доведены голодом до полного истощения, мсье Сквирс поступал как самый последний мошенник и негодяй; и, во-вторых, что даже этот образец при ближайшем рассмотрении никак нельзя было признать образцовым. В жизни я не видывал более жалкого созданья: кожа на нем обвисла как на откормленной во Франции свинье, а своей долговязой фигурой он напоминал борзую. Глядя на этих животных, нельзя не почувствовать презрения к французской нации. Конечно, это замечание может быть воспринято как политический выпад.
Итак, Джон Брауди музицирует с Проспектусом, который рассказывает ему об обстоятельствах, изложенных нами выше. По окончании урока честный Джон извлекает из кармана кусок пудинга, припасенный им, чтобы попотчевать своего ученика. Бог ты мой, с какой жадностью Проспектус набрасывается на еду! Ибо хотя он единственный, кого в школе хорошо кормят, но мы вынуждены с сокрушением сердечным признать, что он одержим бесом чревоугодия.
В то время как Проспектус ест пудинг, другой воспитанник мистера Сквирса украдкой подглядывает за ним. О, этот мальчик в тысячу раз более несчастен! Посмотрите на него, на это дрожащее от холода дитя, склонившееся над книгой в жалкой лачуге в самой глубине двора. Он одет в лохмотья, ему не разрешают жить вместе с другими детьми, на переменах они постоянно избивают его, а во время уроков все их шалости вымещаются на его многострадальной спине.
Кто же этот несчастный? Десять лет тому назад человек по имени Бичер привел его в "Детский рай" и, заплатив за его содержание вперед за пять лет, оставил его на попечении мсье Сквирса. С тех пор никто не навещал мальчика, и когда, по истечении пятилетнего срока, мсье Сквирс отправился по указанному адресу, чтобы получить деньги на содержание мальчика, он обнаружил, что его безбожно обманули, что никакого Бичера не существует и что ему не от кого ждать вознаграждения за свои труды. С этого дня начались все несчастья горемычного сиротки. Никто не заботился о нем, никому он не был нужен. Может быть, даже его имя ему не принадлежало. А звали его Смайк, во французской пьесе - Смик.
Несчастный Смик! Но он приобрел друга - доброго младшего учителя Никльби, который стал отдавать ему половину своей жалкой порции хлеба и пудинга, понуждал его усердно заниматься науками и по мере своих сил защищал от преследований мальчишек и самого мсье Скварса (так его именуют в пьесе).
Джон Брауди только что кончил давать урок игры на кларнете Проспектусу, когда в школу вернулся Николас Никльби. Между молодыми людьми произошел разлад: узнав о частых посещениях Николасом Кларендон-Касла, Джон Брауди по глупости приревновал к нему дочь мельника, мисс Дженни, с которой он, Джон Брауди, недавно обручился. Глупый Джон! Ведь сердце Николаса отдано юной особе, занимающей более высокое положение в обществе, и, как ему казалось, без всякой надежды на взаимность. И в тот самый момент, когда Николас вошел во двор школы, Джон взял свою дубинку и погнал в Лондон стадо волов.
Никльби пришел как раз вовремя, чтобы защитить своего бедного друга Смика. Собрав всех своих питомцев во дворе, мсье Сквирс проверял, как они выучили уроки. Когда очередь дошла до несчастного Смика, забитый и запуганный мальчик начал дрожать всем телом, заикаться и не смог вымолвить ни единого слова. Взбешенный Сквирс набросился на него с палкой и чуть было не assomed {Убил. (Характерный для Теккерея прием соединения французского глагола с английским окончанием прошедшего времени.).} свою повергнутую на землю жертву, но тут Никльби почувствовал, что терпеть подобные зверства свыше сил человеческих, выступил вперед, и, когда Сквирс замахнулся палкой для очередного удара - pouf! pif! un, deux, trois, et la {Пиф, паф, раз, два, три и готово! (франц.).}, - мсье Никола flanqued {Нанес (франц.).} ему несколько coups de poing и bientot опрокинул его a terre {Ударов кулаком и скоро (опрокинул его) на землю (франц.).}.
Читать дальше