Марина Бессонова - Избранные труды (сборник)

В данной главе будет дана попытка определить место этих непрофессиональных художников в истории современного искусства. Их, бесспорно, нельзя причислить к сознательным примитивистам в духе Клее, Шевченко и др. Невозможно и объявить их чистыми примитивами, так как они не были «наивными» народными художниками и, владея всеми элементами «примитивного» языка, которые были либо присущи им органически, либо вызваны к жизни потребностью самовыражения, воплощали «большие» темы. Руссо и Пиросмани почти не вступали в прямые контакты со своими собратьями, как правило, встречая непонимание. Подобно Ван Гогу, они мечтали об утопическом братстве художников, где все могут быть сыты и иметь холсты и краски. Они были равнодушны к общественному мнению, довольствуясь возможностью заниматься любимым искусством живописи. Сохраняя в своих произведениях зримый облик окружающего мира, Руссо и Пиросмани напоминают художникам и зрителям ХХ века о не до конца раскрытых возможностях человеческого глаза видеть в одном другое, вне опосредованных концепций и официально признанных стереотипов. Проблемы, поставленные в их искусстве на рубеже столетий, остаются актуальными и сегодня.

В данной главе предполагается рассмотреть феномен Руссо в его сопоставлении с искусством французского авангарда, а также с неопримитивизмом в русском искусстве начала века. Необходимо указать на роль Руссо в преодолении традиций стиля модерн, эклектики и манерности, с одной стороны, и импрессионистического метода живописи раздельными мазками, с другой.

Внимание, которое уделяли представители европейского авангарда творчеству Руссо, подтверждается высказыванием Кандинского: «Корни великого реалистического искусства спрятаны в детской душе. Анри Руссо, отец и основатель такого реализма, указал нам путь. Непосредственность восприятия дает возможность снять с вещи ее оболочку и вскрыть ее внутреннюю сущность. Мир – это космос, заполненный духовно активными созданиями…» (1912).

Руссо вернул рождающемуся абстрактному искусству вещный мир с его вечными, архетипическими сущностями.

В заключение предполагается коснуться проблемы судьбы примитивного искусства в условиях промышленного переворота в начале ХХ века, последующего развития средств массовой информации и распространения китча.

В советском искусствознании отсутствуют монографии, посвященные творчеству А. Руссо, а также статьи, в которых ставились бы вопросы, связанные с его искусством. Нет и специальных работ, посвященных проблеме примитивизма как явления в истории европейского искусства ХХ века. Заполнить некоторые из этих пробелов и ставит своей задачей автор диссертации.

В самом конце столь перенасыщенного выставками весеннего сезона Музей изобразительных искусств им. А. С. Пушкина приготовил москвичам еще один подарок – встречу с прославленными шедеврами французской живописи XIX – начала ХХ века из американских музеев. Это продолжение плодотворного культурного обмена между нашими странами, возобновившегося после подписания в 1985 году в Женеве нового соглашения по культуре и открывшегося показом замечательной выставки французских импрессионистов из Национальной галереи в Вашингтоне. Вероятно, многим любителям искусства в столице запомнились виртуозные по исполнению полотна Эдуара Мане Вокзал Сен-Лазар и Мертвый тореро , поэтичнейшие женские образы Ренуара, тонкие по настроению городские виды Писсарро, пейзажи Ван Гога и Сислея, демонстрировавшиеся в Москве и Ленинграде два года тому назад.

Выставка «От Делакруа до Матисса» продолжает знакомство наших зрителей с американскими коллекциями одного из самых пленительных и новаторских периодов в истории французской живописи. На сей раз свои шедевры представляют два ведущих музея США – Метрополитен в Нью-Йорке и Художественный институт в Чикаго. С сокровищами музея Метрополитен знакомство состоялось десять лет назад, когда в числе ста картин различных школ и эпох в московском музее и Государственном Эрмитаже демонстрировались известные полотна импрессионистов и постимпрессионистов. И вот вниманию зрителей предлагается еще двадцать избранных картин из Метрополитена, среди которых три бесспорных шедевра Э. Мане, Арлезианка Ван Гога, Игроки в карты Сезанна, позднее панно К. Моне Тополя . А открывает эту уникальную часть коллекции из нью-йоркского музея превосходный женский портрет кисти Огюста Доминика Энгра.