Александр Харников - Царьград (сборник)

8 октября 1877 года. Саванна, штат Джорджия

Адмирал и генерал Конфедерации Рафаэль Семмс

Если Чарльстон – это самый красивый североамериканский город, какой я когда-либо видел, то Саванну, застроенную уютными особняками, можно считать серебряным медалистом. Мимо ее прекрасных площадей лениво течет в океан река, давшая название городу, и сама названная в честь давно исчезнувшего племени. Жизнь в городе тоже по-южному размеренная и неторопливая. Это вам не гремящий и крикливый Нью-Йорк, забитый под завязку эмигрантами и искателями легкой наживы, и вскорости грозящий стать нашим современным Вавилоном.

Как и ожидалось, местная таможня совершенно не имела к нам никаких претензий. Достаточно было показать бумаги из Чарльстона, и сразу все оказалось улаженным. Команда уже успела размять ноги на Кайаве и в Чарльстоне, а сюда мы заглянули исключительно по делам Конфедерации. Нам нужно было высадить на берег генерала Форреста и провести переговоры с Луисом Гордином Янгом.

Немного поразмыслив, отправляясь на встречу, я взял с собой самого генерала Форреста и молодого Генри Янга. Может быть, я поступил опрометчиво – генерала Форреста часто узнавали на улицах. Люди при встрече с ним снимали шляпы и всячески выражали свое почтение. Конечно, рано или поздно эта информация дойдет и до янки, поэтому для введения их в заблуждение мы с активно насаждали придуманную нами легенду, что генерал Форрест – это мой новый партнер в торговых делах. Так как он был прирожденным коммерсантом, версия казалась нам вполне правдоподобной. Здесь в Саванне я ожидал от Янга примерно такой же помощи в логистике, как и в Чарльстоне от его брата Роберта Гордина. Мы подъехали к парадному подъезду огромного особняка с французскими балконами, утопавшего в тени вековых виргинских дубов, и постучались в дверь. Открыл ее нам не черный дворецкий, как это обычно бывает на Юге, а сам хозяин – высокий, поджарый человек лет сорока пяти с острой бородкой клинышком и военной выправкой.

– Адмирал Семмс! Генерал Форрест! Какая честь для моего скромного жилища! – радостно воскликнул Янг, узнав наши известные многим физиономии, и тут же поздоровался со скромно стоящим чуть в стороне племянником:

– И ты, Генри, тоже здравствуй!

Через десять минут мы сидели уже за столиком на веранде, а слуги хлопотали вокруг нас, накрывая на стол. Картина типичного южного гостеприимства – неожиданно пришли гости, и теперь честь хозяев требует, чтобы они скончались от переедания. Капитан Рагуленко, было дело, рассказывал моему сыну, что у русских обычаи точно такие же. Наверное, именно за это нас одинаково не любят скупые и сухие, как песок пустыни, янки.

Наконец суета улеглась и слуги удалились, после чего Янг негромко сказал:

– Джентльмены, парк у меня большой, слугам в поместье можно доверять, так что никто чужой нас не услышит. Я не поверю, что вы сюда приехали просто так.

– Капитан Янг, – произнес я, доставая из внутреннего кармана конверт, – мы привезли вам письмо от вашего брата.

Тот вскрыл конверт и прочитал письмо, после чего посмотрел на нас взглядом, исполненным надеждой. Он сказал:

– Господа, неужели тот день, о котором я молился каждый день с дня нашего поражения, настал? Неужели Юг станет свободным?

Генерал Форрест посмотрел на него и кивнул:

– Да, капитан Янг, так оно и есть. Юг будет свободным.

Капитан Янг стер платком со щеки непрошеную слезу.

– Тогда, господа, – вдруг сказал он, – позвольте и мне примкнуть к борьбе за правое дело. Я и сам кое-что могу, да и к тому же я выступлю на борьбу не один…

За сытным обедом он рассказал нам, как после поражения в Гражданской войне осел в Саванне, куда вернулось множество ветеранов армии Конфедерации. Многие из них пребывали в бедственном положении, и Янг, который очень быстро стал одним из самых успешных бизнесменов Саванны, организовал Союз Ветеранов Конфедерации, целью которого была взаимопомощь между своими.

Союз находил работу для ветеранов, находившихся в стесненных обстоятельствах, заботился об инвалидах, о вдовах и детях погибших, да и вообще поддерживал тех, кто, как и сам Янг, рискнул заняться бизнесом в условиях беззакония и наплыва саквояжников.

Постепенно у Союза появилась и своя военная организация – «Саваннская Милиция», в которую руководители Союза ветеранов зачисляли только тех людей, в преданности которых делу Конфедерации были абсолютно уверены.