Дарья Кузнецова - Случайные гости

Желания спорить не возникло. Я сомневалась, что сумею удержаться на ногах, но они – удивительно! – даже не тряслись. Более того, я не то чтобы сумела взять себя в руки, но немного успокоилась и перестала чувствовать себя загнанной в угол обреченной жертвой. Кем бы непонятное существо ни было, убивать меня прямо сейчас оно явно не собиралось. Правда, некстати вспомнилось, что существуют участи много хуже смерти, но почему-то сейчас это не ухудшило моего настроения. Наверное, я не могла испугаться сильнее. Или могла, просто пока до конца не осознавала происходящее.

Я первой вышла в коридор, но даже задуматься о побеге не успела: снаружи ждал собрат первого существа, такое же черное жуткое нечто. Обе кляксы при ближайшем рассмотрении оказались массивными, высокими, но ощущения тяжеловесности это не создавало. Слишком плавно и быстро они двигались, как будто не живые существа, а капельки ртути. С другой стороны, откуда я знаю, что это не так? То есть не обязательно – ртути, но с них вполне могло статься иметь природу, в корне отличную от человеческой. Может, они в самом деле жидкие? Или на ощупь такие же, как на вид: густая маслянистая масса? При мысли о том, чтобы к этому прикоснуться, к горлу подкатила тошнота, и на миг стало еще жутче.

Под конвоем двух чужаков, удивительно уверенно ориентирующихся на нашем корабле, я прошла в трюм. Здесь меня ждало сразу несколько открытий, одно из которых оказалось безумно приятным: весь экипаж, включая тронувшегося умом ученого, был жив. Они группой стояли посреди трюма в окружении десятка точно таких же гигантских клякс, с хозяйственной невозмутимостью изучавших хранившиеся здесь немногочисленные контейнеры (все остальное мы, к счастью, уже успели доставить).

– Дядя! – всхлипнула я, кидаясь к нему.

Почему-то нападающие – а назвать их при таком поведении как-то иначе не получалось – не препятствовали, и наш капитан крепко обнял меня одной рукой. За вторую нервно цеплялась его жена, и это, пожалуй, единственное, что выдавало ее волнение. В остальном наш бортовой врач выглядела раздраженной и даже как будто злой.

– Ну, тихо, все нормально, не плачь, – тихо проговорил дядя Боря. – Ты не пострадала?

– Нет, я… меня никто не тронул, – проговорила я, слегка отстраняясь и локтем занятой скрипкой руки утирая слезы, чтобы оглядеться. Рядом со своими страх не покинул меня совсем, но определенно заметно уменьшился. – А вы? Все в порядке?

– Алечка, эти варвары… ужасно, просто ужасно! – Глубоко вздохнув, тетя нервно всплеснула рукой. – Они ведут себя как хозяева! Проклятые пираты!

– Ада, родная, успокойся. Они ведут себя вполне любезно, ограничились лишь парой воспитательных затрещин, – успокоил ее муж.

– Затрещин? – всполошилась я, окидывая мужчин более внимательным взглядом. «Отличившиеся» нашлись сразу. Штурман и Ванька сияли фонарями: у брата на скуле, у Василича – классический, под глазом.

– Силищи этим тварям не занимать, – криво усмехнулся Рыков, пощупал край фингала и слегка поморщился. – Чуть последние мозги старику не выбили.

– Было бы что выбивать, – вздохнул дядя. – С кулаками бросаться на тварь, которая никак не отреагировала на выстрел из бластера в упор, мягко говоря, глупо.

– Ну не мог же я не попробовать! – Штурман развел руками с таким видом, будто действительно – не мог. Подозреваю, брат мой получил за то же.

Такой гуманизм нападающих внушал некоторый оптимизм. Если за попытку агрессивного сопротивления они не то что не убили, даже не покалечили, а лишь дали в морду, появлялся шанс, что ничего особенно страшного нас не ждет. Если, конечно, их матка, к которой нас явно собирались доставить, не предпочитает жрать жертвы живьем.

Не знаю, с чего меня так заклинило на аналогии с насекомыми. Наверное, потому, что нападающие не издавали ни звука, а общались либо жестами, либо короткими прикосновениями. Последнее выглядело особенно гадко, и, один раз заметив, я старалась вообще не смотреть на этих существ. Они как будто на мгновение «приклеивались» друг к другу. А когда контакт прекращался, от одного маслянистого сгустка к другому вытягивались тонкие нити, совершенно отвратительные на вид и как будто даже липкие.

– Кто это? И что им от нас надо? – тихо спросила я, не спеша отходить от дяди и по примеру тети вцепившись во второй его локоть.

Брат с Василичем ненавязчиво прикрыли нас с боков; толку от этого было немного, но все равно как-то… спокойней. Профессор Кузнецов стоял чуть в стороне и – вот же счастливый человек! – сохранял все ту же безмятежность, что и прежде. Кстати вспомнилась расхожая фраза о том, что абсолютно счастливы только безумцы, которым повезло получить удачную трещину в коре, и я на несколько мгновений позавидовала мужчине.