Кирилл Клеванский - Сердце Дракона. Книга 10

В руках же он сжимал клинок, выкованный будто из самой тьмы.

Живой тьмы.

Живой, хищной тьмы, которая за мгновение превратила капитана корабля, Рыцаря духа средней стадии, в высушенную, лишенную даже капли энергии и жизненной силы мумию.

Матросы и военные, скинув оковы шока, бросились к капитанскому мостику.

Взгляд юнги пересекся со взглядом небесно-синих, кристально-чистых глаз атаковавшего их создания. И, видят боги, это были глаза не человека, а дикого, хищного монстра.

В этот момент юнга понял, что все они обречены. А затем он услышал смех матери. Той самой, которая погибла, когда он еще был совсем маленький.

Дом праотцев открыл перед ним свои двери.

Хаджар высвободил свое «Королевство». Мир на расстоянии пятнадцати шагов вокруг него вдруг превратился в его собственный меч. Меч, который тут же рассек на множество кровавых частей всех, кто оказался в границах этого расстояния.

Не останавливаясь на достигнутом, желая в полной мере использовать в бою возможности «Королевства», Хаджар сделал секущий взмах.

В этот удар он вложил все мистерии меча, которые смог постичь, а также десятую часть он запаса энергии, хранящейся внутри его ядра.

Сначала с лезвия Черного Клинка сорвался простой, только слишком длинный и широкий разрез меча. Но спустя меньше чем долю мгновения из него показались когти и клыки, затем еще одни, еще и еще, и так, пока сотня метровых черных драконов, тело каждого из которых было мечом, не вырвалась из этого разреза.

Всего одним ударом, даже не техникой, а простым ударом Хаджар отправил к праотцам сотню матросов и воинов.

Второй и третий удары, которые создали настоящий рой из хищных драконов, превратили военное судно в корабль-призрак. Залитый кровью, с оборванными парусами, с многочисленными пробоинами – опустевший корабль.

Сколько здесь было даже не Небесных солдат, а Рыцарей духа? Три десятка, четыре? Хаджар совсем не заметил сопротивления их защитных техник и артефактных доспехов.

Повернувшись внутрь бури, Хаджар раненым драконом взревел:

– ДЕРЕК!

И дважды звать не пришлось. С неба опустился столб золотого света, а когда рассеялся, то все надежды Хаджара, которые он еще питал, развеялись в прах.

Это был он – тот самый Дерек, с которым они сражались с ордами демонов Да’Кхасси. Тот самый Дерек, которому Хаджар подарил повод жить.

– Ну здравствуй, враг мой. – Только теперь он был на две головы выше и примерно столько же шире в плечах. От него веяло силой, находившейся на уровне с той, которую излучал в повседневной жизни Великий Мечник Орун. За спиной вместо сабель покоилось два клинка. Белые волосы качались на ветру, а внутри глаз плясали золотые искры. – Вот и свиделись.

– В последний раз, – сплюнул Хаджар.

Он отдал мысленный приказ, и воздушные бомбы, закрепленные под дном судна, сдетонировали.

Хаджар должен был заплатить за свои ошибки.

Пусть и ценой собственной жизни…

Как только воля Хаджара коснулась заряда, закрепленного под днищем продырявленного судна, то артефактные бомбы, начиненные и окруженные алхимическими смесями, мгновенно превратились в шары лилового пламени.

С яростным ревом столбы неистового, всепоглощающего огня рванули по проложенным для них сквозь борт корабля, путям. Недавние удары Хаджара, пробившие в корме целые ходы, изначально предназначались именно для этой цели.

Каждый заряд в корабельных бомбах обладал достаточной мощью, чтобы уничтожить не ожидающего удара пикового Повелителя, который не успеет использовать защитные техники.

Но вот говоря о Безымянных, да еще с «Истинным королевством»…

Хаджар не был уверен, что тех зарядов, что он «взял с собой», хватит для этой цели. С учетом, разумеется, что огню пришлось бы пробивать себе путь сквозь корму, а затем еще и палубные перекрытия. Это лишило бы заряды без малого больше чем трети от своей мощи.

Благодаря первоначальным ударам Хаджара, они потеряли не больше десятой части.

Десятки столбов лилового пламени вырвались из-под досок палубы. Продолжая подчиняться крепкой, куда более крепкой, нежели у любого пикового Повелителя, воле Хаджара, они согнулись пламенным плющом, а затем свились в яркий, ослепляющий клинок.

Пожалуй, ни один адепт стадии ниже Безымянного не обладай такой волей, как у Хаджара, не смог бы контролировать подобное количество алхимического пламени.

Огненный меч, воспламеняя воздух, устремился в сторону Дерека. Каждый сантиметр пространства, через который проходил подобный меч, превращался на несколько мгновений в ожог на самой реальности.