Роман Злотников - Землянин

Добравшись до мусорного терминала, Ник с Уксом отстояли небольшую очередь, после чего, наконец, въехали внутрь. Когда пневматики транспортера зашлепали по рифленому металлу палубы терминала, Укс привстал на сиденье, окинул пространство терминала орлиным взором и, резко крутанув руль, погнал транспортер к одному из мусорных кораблей, пришвартованных у дальнего конца терминала.

— Привет, Дак! — заорал он, останавливая транспортер у беспорядочной груды металлолома и керамики, обжатой по краям пятью манипуляторами, которые крепились к лобовой части небольшого бота, в данный момент торчащего у этой кучи металлолома из задней части, как тугой пучок волос на макушке у старой девы. — Как слетал?

Парень, одетый в легкий пилотский комбинезон, скривился и смачно сплюнул на металлическое покрытие.

— Спасибо, хреново! На первом и втором Мусорных полях ловить уже нечего. Остался только металлолом и корпусные панели. Впрочем, мужики говорят, что на третьем и четвертом — та же хрень, но вид сбоку. Шанс найти чего-то стоящее есть, но он такой же мизерный, как хер у хомячка.

— Что, совсем ничего? — обеспокоенно переспросил Укс.

— Ну… есть несколько почти пустых заправочных картриджей к плазменным турелям непосредственной обороны. Будешь брать?

— А сколько там?

Мужик пожал плечами:

— Сам посмотри. У них разъемов для носимого тестера не имеется. Но то, что турели, на которых они стояли, были разнесены вдребезги, показывает, что полностью расстрелять картриджи они не успели.

— Ага-ага, — засуетился Укс и полез на платформу транспортера за универсальным тестером.

— А зачем нам картриджи для плазменных турелей? — поинтересовался Ник. Укс окинул его укоризненным взглядом.

— А затем, — наставительно заговорил он, — что рабочее тело у турелей и у установок плазменной сварки — одно. Причем у турелей оно намного более концентрированное. Если им заправить расходный картридж сварочного аппарата — хватит раз в десять надольше, чем обычной заправки. А обычная заправка стоит четыреста лутов.

Ник понимающе кивнул, а затем спросил:

— А здесь ты за сколько возьмешь?

— Ну, если в привезенных Даком картриджах будет достаточно для одной полной заправки картриджа сварочной установки — то те же четыреста. Ну, можа, чуть больше. Выгоду сам высчитаешь?

Ник хмыкнул: чего тут считать-то…

Потом они два часа возились с мусором, уделив внимание не только кораблю Дака, но и нескольким соседним. После чего уселись перекусить, поскольку после возни с тяжелыми железками и керамическими блоками и панелями жрать захотелось сильно.

— Слушай, — спросил Ник, жуя лепешку с вяленым мясом, немного напоминающим на вкус испанский хамон, — а чего они тогда пасутся на первом и втором Мусорных полях, если там уже остался один только металлолом?

— А того, техник, — раздался у него из-за спины голос Дака, который, оказывается, стоял от него в двух шагах, — что не у всех башка на плечах напрочь отсутствует, как, скажем, у Страшилы Трис. На пятое и другие Мусорные поля лезть на невооруженном мусорщике — значит гарантированно лишиться задницы.

Ник обдумал полученную информацию, а затем уточнил:

— А этот самый Страшила Трис, значит, лезет — и ничего?

— Во-первых, не «этот», а «эта», — поправил его мусорщик, — во-вторых, у нее-то как раз вооруженный мусорщик, ну а в-третьих, чем ты слушал? Я же сказал, что для того, чтобы лезть на пятое и другие Мусорные поля, надо иметь напрочь отмороженную башку. Как раз как у Страшилы и еще пары-тройки таких же отмороженных, как она.

— А почему? — поинтересовался Ник.

— Да потому, что на тех полях полно еще кораблей и всякого другого с полуживыми системами. Поэтому шанс получить в брюхо ракету ближнего радиуса действия или очередь из турели непосредственной противоракетной обороны близок к ста процентам. А то и чего покрупнее прилетит. Еще вопросы есть?

— Но… та же Страшила Трис туда, как я понял, ходит. И пока цела.

— Пока жива, — хмыкнув, поправил Дак. — Причем, именно пока. А насчет цела… Тут по Сети инфа прошла, что ей вроде как нехило прилетело в последнем вылете. Так что она сейчас скребется обратно на четверти мощности и молит всех духов пустоты, чтобы доскрестись, — он довольно усмехнулся. — Ничего, доскребется — посмеемся, — а потом тяжело вздохнул: — Хотя я, наверное, уже обратно улечу. Если Трис от пятого или шестого поля на четверти мощности ползет, то ей еще неделю до станции ковылять, как минимум.