Игорь Подус - Я спас РФ

– Вот именно – сказал академик и махнул рукой увлекая Северского за собой.

Пройдя в нутро установки, они остановились возле двух керамидовых саркофагов с прозрачными колпаками. Внутри каждого виднелась металлическая поверхность с характерными отшлифованными выемками для человеческих тел.

– Вот это обычные столы из нержавейки, раньше такие использовали в моргах для вскрытия покойников. Двадцать четыре года назад именно на этих лежал ты и кадет суворовского училища Волков, которому мы пытались спасти жизнь.

– Кажется теперь я понимаю. Это единственное известное место, где с точной привязкой до миллиметра, лежала моя голова.

– Да Серёжа – это так. Я знаю точное время вплоть до микросекунды, знаю реальные координаты, да у меня даже цифровая запись с камер есть, где можно увидеть в каком именно положении находилась твоя голова, в то или иное мгновение.

Старый друг продолжал рассказывать о полностью запрограммированном процессе квантового переноса сознания и о хроно-артефактной области пространства, которая, по его мнению, возникнет после переноса вокруг установки, но чем больше он объяснял и вдавался в подробности, тем больше Северский чувствовал неуверенность прорывавшуюся сквозь плотный строй технических спецификаций.

– Костя, что не так? – спросил Северский, прервав на полуслове академика. Тот резко замолчал и потупил взор.

– У меня всё готово, но изначально квантовый процессор рассчитан на двоих. А сейчас по всему выходит, что второй не успевает. Я сумел запрограммировать одиночный переход, но не уверен, что он сработает.

– Ну ничего? Если с первого раза не получится, попробуем снова.

– У нас только одна попытка, после квантового переноса, тело объекта разрушится – проговорил академик и тяжко вздохнул.

– То есть, это дорога в один конец?

– Да.

– А мы можем подождём второго? Я так понял, что им будет тот самый кадет Волков?

– Да, он должен был прибыть двое суток назад, но так и не появился и видимо уже не появится. А время ожидания выходит, окно возможности закроется через полтора часа. Если мы не уложимся, то у нас не хватит компьютерных мощностей для вычисления плавающей переменной.

Учёные вышли из недр установки и уселись за огромный стол, заваленный стопками распечаток и рулонами светового кабеля. Лиза принесла сладкий чай и стала рядом с мужем.

– Коля, а ты вообще уверен, что я смогу что-то сделать в две тысячи двадцать первом году?

– Ну ты же знаешь, что было в последующие годы. Имея информацию, ты сможешь попытаться, хоть что-то изменить.

Да, Северский помнил всё, а то что не помнил целый год штудировал, запоминая точные даты событий, котировки акций и криптовалют на бирже, имена и точные адреса различных личностей так или иначе повлиявших на историю. Имея фотографическую память, он помнил всё о событиях, приведших к унизительно-позорному краху Российской Федерации и гибели десятков миллионов её граждан.

– Я боюсь, что один я не справлюсь, кто мне там поможет? – неуверенно проговорил Северский и отпил горячий чай.

– Мы тебе поможем – неожиданно предложила Лиза. – Это ведь ты нас познакомил.

В груди Сергея Петровича кольнуло и его лицо пересекла кривая ухмылка.

– Вот как значит это называется, оказывается «познакомил». А я-то всю жизнь думал, что, Костя отбил тебя.

Мужики заулыбались, а Лиза потупила взор.

– Это судьба – проговорила она и покачала головой.

– Ах судьба! – воскликнул Северский. – Ну значит первым делом как окажусь в 2021 возьму и вас не познакомлю. Не ну а что вы так смотрите? А вдруг я тайный маньяк, всю жизнь готовящийся отомстить.

– Серёжа, не шути так – вполне серьёзно попросила Лиза.

– Да ладно не бойтесь, тем более что я не прочь снова увидеть своих крестников, которые насколько я помню родятся в 2022.

Услышав упоминание о детях Лиза отвернулась и отошла за штабель упаковок с бутилированной водой. Сергей Петрович понял, что сболтнул лишнего и ему стало неудобно.

– Не парься она сейчас отойдёт – уверил академик и тяжко вздохнул.

– Извини, я старый дурак – пробубнил Северский, поняв, что ляпнул лишнего. – Ты знаешь что-то о сыновьях?

– Во время первого удара Лёша был на военном аэродроме в Крыму. Насколько я знаю ПВО полуострова сумело сбить первую волну ракет с ядерными боеголовками. Через пятнадцать минут он поднял в воздух свой МИГ-42. Дальше одни слухи. Из Севастополя перед ядерным ударом, успел выбраться один из диспетчеров штаба обороны полуострова, он сообщил подпольщикам что сын сбил несколько ударных беспилотников а потом участвовал в потоплении авианосца альянса, у турецких берегов. Ну а названный в твою честь Серёга, воевал в Сталинграде в составе сводной танковой дивизии. Насколько я знаю, последнюю ядерную боеголовку в этой войне скинули на них, сразу после того как защитники смогли взорвать тактический ядерный фугас в тылу врага.