Батарейка (СИ)

========== Глава 58. Отречение. ==========

POV Егора.

Проснулся я неожиданно, словно меня что-то подтолкнуло изнутри. Я подскочил на кровати и огляделся. Судя по бледно-серому небу в окошке едва-едва начало рассветать – так рано я ещё не поднимался, так поздно не ложился – так что впервые вижу эти серые тягучие предрассветные сумерки наполненные туманом. Несмотря на то, что голова была ещё чуть-чуть затуманенной, я огляделся. Моя комната выглядела как обычно, с одним дополнением – в кресле рядом с кроватью дремал Дальрин, его пальцы осторожно сжимали мою правую ладонь. Надо же, а я это не сразу заметил. Да, видно точно ещё не проснулся… Но почему Дальрин сидит в моей комнате, а не видит десятый сон в собственной… Ой… Вчера…

Мерзкие воспоминания услужливо заполонили мою бедную голову, и я скрипнул зубами. Как ни странно, у меня не было желания биться в истерике и проклинать моего насильника. У меня было желание качественно его помучить, а потом прикопать где-нибудь по-тихому. И в понятие «качественно помучить» в моём понимании входило длительное и жёсткое групповое изнасилование. Я как-то мимолётно, буднично ужаснулся своим мыслям – хороший мальчик Егор Гагуа, несмотря на не слишком счастливое детство не пожелал бы такого никому. Только вот я больше не был хорошим мальчиком Егором Гагуа – я был Экором – Источником-универсалом, над которым вдоволь поиздевалась ублюдочная сволочь, дорвавшаяся до моего беззащитного тела. И с этой точки зрения я имел полное право пожелать моему мучителю того же самого.

Как ни странно при всём этом, физически я ощущал себя вполне неплохо, а когда осторожно высвободил руку, встал с постели и поглядел в зеркало – убедился, что и мой внешний вид настолько неплох, насколько это вообще возможно. Никаких следов на коже – ни синяков, ни кровоподтёков, ни засосов, ничего неправильного, если не считать красно-чёрной вязи Знаков, в теле ощущается пузырящаяся, как газировка, лёгкость, да и Сила, которую я могу отдать – я впервые ощущал её так – она переполняет меня. Мне даже показалось, что моя кожа слегка фосфоресцирует в полумраке спальни, но это уже полная чушь.

Дальрин продолжал спать и я, обнажённым, как был, отправился в купальню. Странно, но мне было абсолютно по фигу, что меня кто-то может узреть в таком виде – здешний народ наготой не напугаешь и не удивишь, а обидеть меня вряд ли кто осмелится. Почему-то мне казалось, что кроме ощущения Силы во мне проснулось ещё что-то… Защита, что ли… Теперь никто не сможет дотронуться до меня без моего согласия, разве что Маг с более сильным Источником, чем я, а таких в Глинтии не водится.

Я погрузился в тёплую воду, продолжая меланхолично раздумывать, что это со мной сейчас происходит, и почему раньше это полезное умение не проснулось. К тому же у Глинтийских Источников я что-то ничего подобного не замечал…

Тёплая вода была приятной, правда намокшие волосы тут же стали оттягивать голову вниз, и я решил, что стоит помыть их, раз уж намочил. Цапнув с бортика сосуд с приятно пахнувшим содержимым, и убедивших, что это именно для помывки волос, а не, скажем, для эпиляции – не хотелось бы пугать народ реинкарнацией Гоши Куценко, я стал старательно мыть всю жуткую копнищу. Ужас! Минут через пять я вымотался как после трёх кругов по стадиону и понял, что без помощников с этой задачей не справлюсь ни за что.

- Позволь мне помочь тебе, Экор-Мо, - раздался рядом тихий дружелюбный голос. Я аж подпрыгнул, подняв фонтан брызг и окатил невесть откуда взявшегося… Лорика?

- Ты что здесь делаешь? – зло прошипел я.

- Прости, если напугал, - тихо сказал Лорик, - но я почувствовал, что ты раскрылся и пришёл узнать, не нуждаешься ли ты в помощи.

- Я… что? – стормозил я.

- В тебе до конца проявились способности Источника-универсала. У нас это называют «раскрылся». Думаю, что когда мы будем дома, твои отцы устроят по этому поводу большой праздник – ведь это такая редкость – раскрытие! Помимо всего прочего это обозначает твоё взросление. Жаль только, что случилось это при столь грустных обстоятельствах. Так ты позволишь помочь?

- Ага, - со странной беспечностью отозвался я, и эта зараза не моргнув глазом, быстренько освободилась от одежды, прыгнула в купальню и невозмутимо занялась моими волосами. Но возмущаться не хотелось, к тому же Лорик прикасался ко мне с такой осторожностью, словно я был хрустальным и почему-то я знал, что никаких более ощутимых поползновений он себе не позволит.