Александр Март - Механики. 24 ЧАСТИ.

— Красный самолёт видите большой?

— Вижу — через несколько секунд пришёл ответ. — Несколько минут и мы подойдём.

— Всем сбор около красного самолёта — сказал в рацию Туман. — Маленький, вокруг объехали?

— Где смогли, объехали — тут же ответил он, — километр на два где-то разборка эта — вокруг скалы, перелезть думаю можно, но сложно. Везде детали, много, кое-где еле проехали, приходилось даже растаскивать запчасти.

— Ясно всё, давайте назад. Сбор у красного самолёт. Кажется, Ту-шка наша.

— Принял, едем.

В течении небольшого времени к месту сбора, назначаемого Туманом, стали собираться наши пацаны.

— Ну как вам? — улыбаясь, спросил Потеряшка, когда в сопровождении Большого и Ватари с Полукедом пришёл на эту небольшую площадку. Рядом тут же затормозила багги и из неё выпрыгнул Кузьма, он тут ребятам нашим показывал, что знал. Его Туман с ними отправил.

— Ничего так — ответил я. — Алюминия тут полно и проводов этих с лампочками вашими.

— Вот тут мы так всё и добываем — услыхав мой ответ, сказал подошедший Кузьма.

Я невольно представил себе, как они приплывали сюда на лодках, потом пешком ходили по этой разборке и заглядывали в каждую щель. Уж не знаю по какому принципу тут появляется то, что связанно с электричеством, но оно появлялось. Мы пока ходили тут, то Слива, то я, то Туман, то ещё кто-то из ребят периодически находили лампочки, розетки, выключатели, провода и кабели, распределительные щитки, ещё какие-то блоки. С самолётами эти детали вот совсем никак связаны не были, но они тут были и валялись в хаотичном порядке. Такое ощущение, что кто-то просто ходил и раскладывал их. Тут под крыло положил длинную лампу дневного света, там под хвост самолёта кабель метров 20 длиной, в начале фюзеляжа распределительный щиток, а в кабине пилотов выключатели или розетки, которые мы все привыкли видеть в каких-либо помещениях. У нас-то в облаке это всё на одном, ну максимум двух складах появлялось, а тут как грибы после дождя эти детали. Хочешь найти, ходи нагибайся. Точно как грибы это всё надо искать. Видимо я улыбнулся неожиданно, так как Митяй спросил.

— Вспомнил чё? Довольный сидишь как кот, объевшийся сметаны.

— Да не — ответил я. — Просто у меня все эти детали для электричества, которые тут валяются — я показал рукой перед собой на аэродром, — вызывают стойкие ассоциации с грибами. Хочешь найти, заглядывай во все щели.

— Точно — засмеялся Слива, — я тоже под крылом пару лампочек нашёл.

— И я нашёл.

— И я, и я — тут же послышались голоса ребят.

— Фух — услышали мы выдох, и с лежащего рядом с нами полуразобранного крыла на землю спрыгнули оба наших парапланериста, а следом за ними Иван Мэр и Няма.

— Ну когда в воздух-то поднимемся? — тут же спросил у них Слива.

— С этим хламом не поднимемся — садясь на какую-то деталь и снимая со своего пояса флягу с водой, ответил Саныч, — не на чем. Всё разобрано подчистую, даже изнутри крыльев все тросы, рычаги и то сняты, про аппаратуру я вообще молчу.

— Чё, прям совсем никак? — жалобно спросил Кирпич.

— Совсем — подтвердил Витёк, — представь машину, вернее её кузов. Голый кузов, вообще без всего. Ехать сможет?

— Нет — ответил Кирпич.

— Вот и тут так же — кивнул Саныч, — одно железо, вернее алюминий и железо. Хрен мы из этого самолёт соберём. Можем только сам остов самолёта собрать, без всего, и поставить его где-нибудь. Тут ничего сложного, фюзеляжей полно, кабины есть, крылья прилепим, хвост прикрутим, готово — Саныч засмеялся. — Тот, кто их разбирал, знает в этом толк. В общем всё это мужики — он хлопнул ладонью по крылу рядом — уже никогда в воздух не поднимется. И самое поразительное то, что тут детали только от больших самолётов, наши, иностранные, маленьких нет совсем. Мы сейчас с Витьком ни одного маленького так и не увидели, ну типа Сессны или нашего кукурузника. Только большие. Транспортники, пассажирские. А им только двигатели какие нужны, про аппаратуру и органы управления я вообще молчу. Нет у нас тут таких технологий, чтобы это всё воспроизвести. Может, если спец какой найдётся, сможет все эти детали сделать на коленке, мы такие знаниями не обладаем — Саныч усмехнулся, — слишком хитро и сложно всё. Это вам не колёса к машине приделал и покатил её, тут самолёт — навернёшься, костей не соберёшь. Вот эта Ту — шка, например — он показал рукой на этот красный самолёт, — шасси нет, движков нет, а там реактивные двигатели, куча трубок, проводов, датчиков и выключателей. Где их брать? Кто всё настроит? Тысячи деталей, которые должны как часики работать. А тут на многих деталях те или иные запчасти отсутствую. Вот крыло например лежит — он встал со своего места и подошёл к лежащему крылу, — видите закрылок нет — показал он пальцем, — тут крепления специальные для них, они же ходят туда-сюда, тоже сняты. Вот по мелочам ещё несколько тысяч таких деталей набежит. С этого всего сняли всё, что можно было снять — по слогам повторил он нам, — в том мире этим всем десятки людей занимаются, ремонтом и постройкой самолётов я имею ввиду. Да и камикадзе ещё надо найти, который эту хреновину согласиться в воздух поднять, если каким-то чудом самолёт восстановить. Нет уж мужики, я лучше на крыле своём летать буду, дольше проживу. Да и не восстановим мы ни один самолёт, совсем никак. Так что забудьте.