Александр Март - Механики. 24 ЧАСТИ.

— Нет, — ответил я ему. — Да и раньше так не думали, не переживай.

— Братка, им надо было выяснить, как и что произошло, — подключился к нам Кедр. — Теперь они уверенны в том, что ты сделал всё, что мог.

— Да, — искренне ответили мы с Апрелем.

— Дальше что, Митяй? — поторопил я его.

— Дальше? — он тут же успокоился. — Дальше я окончательно пришёл в себя. Собрал кое-какие вещички и оружие и потопал, куда глаза глядят.

— Почему по рации помощь не запросил? — неожиданно спросил я.

— Для этих, — он показал пальцем на висевшие у нас на разгрузках рации, — далеко слишком, не добьют. А большая стационарная, которая в грузовике была, полностью разбита была. Её просто с корнем вырвало, когда по оврагу этому кувыркались.

Я быстро перевёл взгляд на Апреля, тот только глазами моргнул, подтверждая слова Митяя.

— Так вот. Собрал вещички и потопал. Вышел в долину, увидел горы, решил, что там точно должны быть пещеры. Нашёл неплохую такую, обследовал её, так и жил в ней. Из грузовика перетащил всё, что посчитал нужным. Вещи, оружие, генератор допёр на салазках, боеприпасов куча, ну, и так, по мелочи. Ходок десять, наверное, сделал за несколько дней.

— Значит, первая группа пропала без следа, — сказал я.

— Выходит, так, — ответил Апрель. — Может машину в зыбучий песок затянуло, может они так же в каньоне где валяются, может ещё что.

— Что про оазис можешь сказать? — спросил я у него.

— Большой он очень, — улыбнулся Митяй, — у нас там таких нет. Я на гору эту залез, — он обернулся и показал рукой на пик горы, — Холодно там, правда, пипец, — он поёжился. — Но зато всё увидел. Я первые дни много ходил вокруг, надеялся, что тут люди есть. Потом понял, что в каменном веке очутился. С животными несколько раз встречался, хорошо, оружие есть, — он похлопал лежащий у него на коленях дробовик. — Он мне много раз жизнь спасал, — Митяй погладил его с любовью, — мы же патронов набрали до фига с собой. Калаш за спиной с подствольником. Основной запас для оружия как раз в грузовике и был. Так и жил, всё надеялся, когда другие тут появятся. Рыбы и мяса тут полно, с голоду не умрешь точно, да и фруктов хватает. Только я не думал, — он снова почесал свою бороду, — что вы так долго ехать будете.

— А насколько большой оазис-то? — спросил я.

— Ну, вот, смотрите, — Митяй достал из чехла свой нож и принялся рисовать на земле. — Сама форма оазиса похожа на вытянутый прямоугольник, — он начертил эту фигуру. — От края, с которого вы заехали, километрах в трёх-четырёх вдоль длины всего оазиса идёт эта долина, — он прочертил линию. — Тут — озеро, эти горы, — Митяй так же показал ножом на виднеющиеся за нами горы, — а вот с этой стороны, за горами уже идёт офигенно крупный и очень частый лес. Я через него один идти не решился.

— Машины пройдут? — с надеждой спросил Апрель. — Хоть Навара?

— Исключено, — с видом знатока ответил Митяй. — Там стволы большие и они очень часто друг к другу растут. Я весь день шёл вдоль кромки леса, дошёл вот куда-то сюда, — он воткнул ножик практически в самый конец прямоугольника. — Там ещё горы, пару озер также видел. Там я и ночевал. Тут единственное место, где этот лес кончается, и начинаются поля, ну, я направо-то и повернул. Километров десять, наверное, они, может, чуть больше. Полдня шёл. Всё, оазис кончается. Дальше снова пустыня. В пустыню я, само собой, не пошёл один, но в бинокль видел — вроде как, камни электрические есть. Вернулся назад к горам, переночевал и потопал дальше вдоль долины этой. Полдня шел, потом плюнул, развернулся и назад пошёл.

— Получается, — сказал я, смотря на рисунок на земле, — что этот оазис шириной где-то километров пятнадцать и длиной… — я задумался. — Ты топал весь день вдоль леса, твоя скорость, ну, возьмём три километра в час. Часов девять ты шёл, плюс погрешность. Километров 25–30 где-то. И потом ещё полдня от гор — еще километров 15.

— Грубо, 15 на 40–45 километров получается, — сказал Кедр. — Есть долина, пару гор, несколько озер, непроходимый лес и куча зверей.

— Выходит так, — ответил я, — неплохое местечко. Зверюшек выбить особо опасных или заповедник им какой оставить и тут можно жить.

— Это грубо, прям, совсем, мужики, — улыбнулся Митяй, — я же не весь его обошёл. На эти горы я не полез, — он показал место, где воткнул нож. А там, где вторые горы, может он дальше продолжается. Но то, что он не очень широкий — это факт. И с той стороны гор, ещё одно озеро. Оно больше этого, раза в два, наверное.