Егор Аянский - Манипулятор [СИ]

И какой из всего этого вывод? А вывод прост: хочешь здесь выжить – направь свою энергию на самое сильно оружие всех времен. Деньги. На них можно нанять убийц, и они сделают за тебя всю грязную работу; на них можно купить армию и отправиться в поход на сильного противника; за них можно получить защиту и самому нанять каких хочешь магов.

– Все верно, Антон, – Локи к моему удивлению разделил мою рефлексию и не стал на этот раз дурачиться, – Ты, правда, забыл о дополнительных способностях игроков, но они не сильно меняют общую картину. А еще здесь есть государство и власть. Никто не позволит одному человеку безнаказанно убить другого в центре города. Поймают, сошлют на каторгу, и все. А там единственный выход для побега будет самовыпилиться. Но это неделя времени на воскрешение, а желающих разрушить твой бесхозный алтарь за это время будет очень много. Это только в кино главный герой нагибает всех вокруг, рушит здания и остальные ему ничего не смогут сделать. Добро пожаловать в реальность.

– Отче, вы бы спустились в трюм, – позади меня раздался вежливый голос, – Дождь обещается пойти.

Я вздрогнул, так как не привык к такому обращению, и обернулся. Позади меня стоял узколицый парнишка, лет пятнадцати, с только-только пробивающимися редкими усами, и неловко теребил край своей служебной формы.

– Конечно, сын мой. Спасибо. – я проследовал в указанную им сторону и очутился в пассажирском отделении.

Здесь все выглядело довольно пристойно. Первая половина помещения представляла собой деревянные лавочки со спинками, стоящими в несколько рядов, а дальняя – столбики с прицеплены к ним гамаками. Кроме себя я насчитал полтора десятка человек, в основном с острова. Некоторые лица показались знакомыми, но лично с ними Акакий не общался. Моя новая внешность не вызвала ни у кого особого интереса, а потому я спокойно прошагал в дальнюю половину и улегся в гамак, подложив под голову мешок с золотом. А спустя несколько минут меня из-за раннего подъема и качки начало клонить в сон. Да я бы и поспал, но боязно оставлять деньги без присмотра.

– Выспись, я разбужу, если кто на наше добро позарится.

– Ты не заболел? – удивился я. – С чего ты сегодня такой услужливый и вежливый?

– Будем считать это авансом за твое согласие на убийство Скорострела. На самом деле ты не один такой правильный, и тысячи игроков погибнут в первые дни, так и не решившись на этот шаг.

Я проспал дольше, чем планировал, и к моему пробуждению корабль преодолел уже три четверти пути. Я выбрался из гамака, немного размял конечности и направился к лестнице, что вела на палубу. На ней оказалось пустынно, хотя обещанный пареньком-юнгой дождь уже закончился, и лишь пожилая парочка, по виду городские, о чем-то разговаривали, облокотившись на перила. Я с интересом оглядел их.

Одежда как одежда; никакой вычурности, если не считать зеленый платок, повязанный бантом на шее мужчины. Сам он был одет в подобие сюртука и темных брюк нестрогого покроя, вполне себе симпатичные ботинки с острыми носами и шляпу на манер котелка. Его спутница носила зеленое приталенное платье, спускающееся до середины лодыжки, аккуратные полусапожки и какой-то кокошник с лентами. В целом, совсем уж дремучим средневековьем здесь и не пахло. Вон, даже зонтик у нее модный – складной.

– Вечер добрый, отче. – поздоровалась женщина, поймав мой изучающий взгляд.

– И вам хорошего вечера, люди добрые. Давно ли в Приморске были?

– Ой, да мы каждую неделю плаваем, отче, – радостно закудахтала она, почувствовав наклевывающуюся беседу, – Мама приболела, а в город ни в какую не хочет. Вчера приехали, проведали да и сегодня обратно уже.

Так и есть. Похоже дама только и ждала, чтобы найти свободные уши. Ну, не буду ее расстраивать, мне это только в плюс.

– Мама – это важно. Негоже стариков бросать в беспомощности. А что в городке вашем? Спокойно все?

– Да где же спокойно-то! – всплеснула горожанка руками, – Третьего дня глава стражи городской такое выдумал…

И тут ее понесло, да так, что даже ее седой кавалер не выдержал и, неловко извинившись, удалился в пассажирское отделение. Я же, напротив, как губка впитывал ручьем льющуюся информацию. Меня не особо интересовали фамилии и происшествия с обывателями, но вот о порядках, устройстве города и его правителях слушал с удовольствием. Главной достопримечательностью поселения являлся безусловно портовый рынок, на котором, по ее словам, можно было купить хоть черта, были бы деньги. В принципе, из ее слов я понял, что вокруг него вся жизнь Приморска и крутится. Жил городок с торговой пошлины, и судя по ее рассказу, жил весьма неплохо.