Игорь Подус - Я спас РФ-1 [СИ]

Шилов осмотрел маркировку на пластиковых коробках. В первой были патроны с пустотелыми пулями, разворачивающимися в розочку при попадании в рану. Таким образом немцы решили одну из проблем слишком мощного патрона ТТ, пробивающего незащищённого противника насквозь.

Шилов слышал рассказ одного из полицейских, которому пришлось выпустить целый магазин в наркомана с ножом. Бронебойные пули прошивали его насквозь, и пока одна из них не пробила сердце, тот пёр напролом, не обращая на это внимание. Пустотелые пули эту проблему решали на раз.

Две оставшиеся пачки заполняли перезакатки ещё советских патронов. Судя по маркировке в новых пулях стояли карбидо-вольфрамовые сердечники способные в упор шить бронежилеты, вплоть до четвёртого класса защиты.

Хорошенько подумав один магазин Шилов зарядил патронами с пустотелыми пулями, а запасные бронебойными.

Через десять минут он вышел из здания главка, через центральный вход. Стоявшие на рамке сотрудники, из западноукраинского контингента, слегка удивились висящей на ремне кобуре с ТТ, но сканер считал свеженькую крипто-метку и его пропустили.

Всю дорогу до дома Шилов лихорадочно соображал, что делать дальше, ведь если кто-то из татарчат очнётся и откроет рот, то ему точно не поздоровится.

Было девять утра, когда он поставил старенький Фольксваген на охраняемую стоянку около ведомственной многоэтажки. Жена встретила на пороге квартиры и придирчиво его осмотрела.

От её глаз не укрылась кобура с пистолетом и грязный бушлат с пятнами крови на рукавах.

— Саша, ты с кем воевал? — настороженно спросила она.

— Наташ, да в принципе ни с кем, опять на усиление кинули и всю ночь пришлось алкашей по Арбату и Тверской гонять — соврал Шилов.

— Да, да, конечно — пробурчала она, и указала на кобуру. — А что теперь местным полицейским разрешают оружие домой брать?

— Не всем, но мне можно.

Наташа кивнула, явно не поверив ни единому слову, а Шилов уловил запах жареной яичницы и почувствовал, как ему хочется жрать.

— Серёга отвёл брата в школу и уже отзвонился что в институте на парах. Лёшка наелся и спит. Так что не шуми, скидывай грязное шмотьё и дуй в душ, а потом ты мне всё расскажешь, и я тебя может быть накормлю — распорядилась Наташа.

Мудрая она у меня — подумал Шилов. Жена за время их заграничных злоключений ни разу не устроила истерику. А когда во Вьетнаме ему пришлось отправиться на три месяца на заработок в золотой треугольник, только что родившая третьего Наташа смогла это время прожить с детьми на четыреста долларов и не разу потом не спросила, чем он промышлял в краю азиатских наркокартелей и контрабандистов. А вот сейчас она точно спросит и Шилову придётся изворачиваться.

Когда он вышел из душа в кухне на столе стояла большая сковорода парящей яичницы с сосисками и кружка ароматного кофе. Рядом лежала пачка заляпанных кровью долларов, перемотанная резинкой. Наташа сидела в углу прямо под включённым головизором, по которому шли Московские новости, и с укором смотрела на него.

Шилов едва не стукнул себя по лбу. Он настолько устал физически и морально вымотался, что совсем забыл про замаранную кровью пачку денег. Всё только что придуманное в ванной, теперь не стоило и ломаного гроша.

Он поглощал пищу, и старательно не замечая пристальный взгляда жены, посматривал на трёхмерный экран головизора. Новости как всегда не отличались разнообразием и правдивостью.

«Московская республика развивается ошеломительными темпами».

«Полностью восстановлено пятое транспортное кольцо».

«Международные корпорации начали восстановление ещё двух небоскрёбов в свежеогороженном районе Москва-Сити».

И, казалось бы, в новостях говорят правду, но сколько же там недоговаривают. Никто не рассказывает, что за пределом МКАДа начинается так называемая зона свободного предпринимательства, где группировки бандитов соревнуются с жандармами за контроль над любым лакомым кусочком, оставшимся вне ведения оккупантов.

Никто не сообщит населению что все преступления, совершённые иностранными гражданами — даже не протоколируют. О том, чтобы их расследовать речи вообще нет.

В новостях не сообщат что корпорации альянса демократических не в грош не ставят местные власти и делают всё что пожелают. А наш канцлер Кирилов, оставшийся у власти после предательства, потворствует интересам интервентов не решаясь возразить.