Игорь Подус - Я спас РФ-2 [СИ]

— И как тогда туда попасть? — спросила раздосадованная Альфа, которой уже казалось, что она что-то нащупала.

— А никак. Все пропуска персональные. Есть конечно одноразовые, но они дорогие. А ты чего интересуешься? Хочешь в военный городок смотаться? — спросил явно заинтригованный бармен, неожиданно смягчившись.

— А если и так — сказала Альфа и замерла.

Она понимала, что действует грубо и прёт напролом. Но иного выхода не было. Девушка не знала сколько отмеряно прожить отцу в военном городке, но буквально чувствовала, как утекают драгоценные минуты, отпущенные ему неумолимым временем. А теперь от ответа этого грязного барыги-сутенёра, которого очень хотелось пристрелить на месте, зависело когда именно она сможет увидеть отца.

— Если тебе нужен пропуск, то я должен сообщить в военную полицию о странном типе, выдающем себя за яппа, как-то обыденно сообщил бармен и осклабился, показав жёлтые зубы.

— Почему, выдающего себя за яппа? — делано возмутилась Альфа.

— Да уж больно ты щупленький для яппа. Таких менеджеры компании к себе в услужение не набирают.

— Глазастый — спокойно констатировала Альфа, отлично понимая, что если бармен сразу же не попытался её сдать, то не всё потеряно. — А вот мне интересно сколько ты глазастый потеряешь, пока будешь набирать новых девок?

Бармен впился взглядом в тёмные очки под козырьком бейсболки и почесал небритый подбородок.

— А тебе то какое дело до того сколько я потеряю — зло прорычал он.

Альфа отлепила руку от пластикового стакана, засунула её в левый карман плаща, затем аккуратно вытащила все аккуратно собранные в стопку карточки, и выложив их на данную стойку, развернула веером, словно крупные фишки в казино.

— А может я желаю компенсировать все твои потери, в обмен на маленькую услугу.

Глаза сутенёра оценивающе пробежались по карточкам и загорелись. Как только Альфа убрала от них руки, он тотчас собрал их в стопку, и открыв ключом какой-то ящик под стойкой, сложил их туда.

— Значит хочешь одноразовый пропуск? — Задумчиво проговорил он, а затем совершенно неожиданно, засунул два пальца в рот и оглушительно свистнул.

В тот же миг от группы выпивох стоявших у забегаловки, отделилась компания крепких мужиков. В руках у них тут же появились короткие дубинки, кастеты и ножи. Всё это Альфа увидела в мутном зеркале за спиной бармена.

Вскочив со стула, она вырвала из кармана блеснувшую иглу катетера, и замерла, внимательно наблюдая за приближающимися.

Внутрь зала зашли пятеро и встали у стен, ещё трое остались стоять в дверном проёме. Бармен широко ощерился и вытащил из-под прилавка здоровый тесак-топорик для рубки мяса.

— Что ты думал тебе так просто продадут здесь пропуск? — торжественно спросил он. — Чтобы ты потом пошёл и договорился напрямую с япошками о поставке баб.

— Мне девки по боку, просто надо туда попасть — примирительно проговорила Альфа, уже понимая, что это бесполезно.

— Ну считай, что не получилось у тебя туда попасть — ехидно заявил бармен. — Я тебе могу дать один шанс уйти, разумеется без карточек, которые ты нам оставишь как компенсацию. Сейчас бросаешь свою кривую заточку, затем показываешь нам рожу, которую ты тщательно прячешь. А потом мы шмонаем твои карманы, и ты нахер валишь на все четыре стороны.

— А если я откажусь? — спросила Альфа отлично понимая, что пройдоха сутенёр с самого начала решил её кинуть.

— Если не сбросишь заточку сам, то мои пацаны тебя скрутят и отмудохают до полусмерти. Ты не думай, это им не впервой. Мы с ними полтора года масть держали в пяти бараках Хабаровского лагеря для беженцев. У нах все доходяги на цырлах ходили, а кто не ходил на цепях сидели.

После угроз и бахвальства ублюдка, Альфе ещё больше захотелось его заколоть, но в то же время манил мизерный шанс, уйти без шума. Ведь если она отступит, то сможет попытаться по-другому.

— А если шум услышит военная полиция и прилетит разбираться? Они же точно отберут карточки — спросила Альфа решившая уйти любым способом, но не показывая лица.

— Не-е. Им похер что тут происходит. Утром твоё тело найдут ищейки на берегу моря, а может и не найдут. Знаешь ли, у некоторых моих ребят после жизни в бараках вкусы поменялись, и они не откажутся от котлеток по лагерному — улыбаясь сказал бармен и постучал тесаком по данной стойке. — И запомни сынок, военные приезжают только тогда, когда тут начинают стрелять и кого-то убивают. Вот тогда они забирают убийцу и везут его туда куда ты так стремился сегодня попасть.