Гэвин Магнус - Семена Зла

Обильное питание, свежий воздух, и регулярные тренировки оказали плодотворный эффект. Сперва всё давалось тяжело: в первый раз мне пришлось завершить тренировку, не сделав и трети от стандартного разминочного комплекса. Но время лечит, и день за днём упражнения давались мне лучше и лучше. На третьей неделе чувство жизни вернулось — а вместе с ним вернулась и полная уверенность в собственных силах. Кажется, даже те приёмы, что раньше давались мне не слишком хорошо, получались легче и легче, и наконец-то можно было вдохнуть полной грудью.

Нахождение на грани всегда здорово прочищает мозги. И за время вынужденного отдыха я прекрасно осознал свою главную ошибку. Два десятка лет средневековой жизни изрядно повлияли на меня — как бы мне ни хотелось обратного. Я жил и действовал так, словно у меня есть всё время мира — неторопливо и праздно, наслаждаясь новоприобретённой жизнью и молодостью. Однако это было иллюзией — времени не было. Каждое путешествие, каждая поездка, особенно в одиночку, легко могла стать последней в этом мире. Пока старый странник был моим спутником, наши путешествия по большей части шли легко и безопасно — но это отнюдь не было моей заслугой и не являлось следствием безопасности дорог. Конечно, можно было полагаться на старика и дальше, однако несмотря на всю его доброту, у меня были вполне обоснованные сомнения, что он одобрит множество из вещей, которые я намеревался совершить.

Вновь и вновь я прокручивал в голове тот момент, когда гигантская, молниеносно быстрая кошка умерла прежде, чем сумела даже коснуться меня. Мне нужна была эта сила. Сомневаюсь, что мне удалось убедить мастеров жизни ордена помочь в этом деле — да и это вызвало бы неизбежные вопросы, отвечать на которые совсем не хотелось.

Ударить по собственной душе, чтобы снять блок, что запечатывает силу моей смерти во мне? Проще сказать, чем сделать. Мои собственные знания об устройстве души и воздействии на неё болтались около отметки ноль. Возможно, кто-то из высших жрецов Отца или опытнейших магов-отшельников мог знать, как это сделать. Возможно... Однако их ещё надо было найти, убедить в оказании помощи в столь сомнительном деле, как манипуляции с душой: ведь одна из сорока девяти рыцарских добродетелей гласила “Будь хранителем - своей души, и всех душ рядом”.

Рационально мысля, мне было понятно, что найти жертву и провести необходимый ритуал можно было даже в монастыре. Однако я не торопился с этим — меня немного настораживало то, что именно этот способ был описан моим неведомым “благодетелем” наиболее подробно. Или, быть может, он хотел, чтобы моя подозрительность заставила меня выбрать другой путь?

Деревенские дети с изрядным любопытством наблюдали за моими тренировками. Несколько, что постарше, набравшись храбрости подходили и просили взять их в ученики: ученичество в числе прочего заменяло в королевствах также и институт пажей и оруженосцев. Первым моим порывом было отказаться — брать на себя обузу в ближайшие годы у меня не было никакого желания. Однако спустя мгновение я понял, что это может послужить иной цели, и будет практически идеальным вариантом для моего плана. Поэтому я ответил, что подумаю…

Я выбрал самого старшего из них. Его звали Дей, и ранее он был подмастерьем у деревенского кузнеца. Хотя ему ещё и не исполнилось даже четырнадцати, выглядел парень как настоящий громила, уже не уступая мне в росте и будучи шире в плечах. Простодушный, но решительный, он первый подходил ко мне, честно без увёрток рассказав, что мечтает стать когда-нибудь настоящим рыцарем. Перед отъездом из деревни я нашёл его в кузнице.

— Если ты не передумал, я готов взять тебя с собой, Дей.

Я смерил пристальным взглядом парня, который тем временем усердно обрабатывал кузнечную заготовку, намереваясь, видимо, сделать из неё потом что-то. Молоток выпал из его руки, и детина не верящим взглядом уставился на меня.

— Я… мне…

Шумно сглотнув и отложив заготовку в сторону, парень сделал несколько вдохов и выдохов, успокаиваясь, и наконец выдавил из себя поклонившись:

— Мне нужно немного времени, чтобы собрать вещи, сэр Горд.

Потратив ещё несколько мгновений на то, чтобы более внимательно и придирчиво осмотреть парня, который, впрочем, на вид подходил по всем требованиям, я коротко бросил ему:

— Я ухожу завтра на рассвете через восточные ворота. Не опаздывай.

Заверения о том, что он непременно будет там, я уже не слушал.