Гэвин Магнус - Семена Зла

Вокруг озёра располагалось множество холмов — и на одном из таких мы остановились на несколько минут, любуясь городом. Издалека, построенный на крутом холме, он напоминал слоистую пирамиду, уровень за уровнем поднимающую ввысь, увенчанную большим дворцом, построенным в виде кольца на самой вершине. Он накрывал город, словно корона.

— Впечатляет, правда? — добродушно усмехнулся старик.

— Пожалуй. Сложно представить, сколько труда вложено в это место.

Даже издалека можно было легко различить выложенные камнем площади. На некоторые уровнях были разбиты сады, а городские предместья окружало второе кольцо своеобразных стен из живой изгороди.

Мы двинулись в город, остановившись перед внушительным и крайне плотным шипастым кустарником. Имея более пяти метров в высоту, он выглядел весьма неплохой защитой. Мелкий зверь, вроде уже встреченных мне зелёных кошек, которых местные называли птицегрызами, не смог бы залезть ни на подобную преграду, ни сквозь неё — цепляться, в отличие от обычной стены или частокола здесь было не за что, но и прорваться напролом было нельзя — слишком плотное сплетение ветвей и обилие колючек. Зверь, способный пробраться внутрь должен либо уметь прыгать более чем на шесть — семь метров в высоту, или быть достаточно сильным, чтобы проломить несколько метров плотно сплетённых ветвей…

Уверен, в этой сплошной зелёной стене существовала как минимум парочка хорошо замаскированных проходов. Однако мы направились к центральным деревянным воротам с двумя башнями, вырезанными, судя по всему, в стволе исполинских деревьев наподобие баобаба.

На дозорных башнях не было видно света и не имелось никаких признаков того кто-то там находиться. Я попробовал сосредоточиться и ощутить жизнь тех, кто находится внутри, однако меня ждало фиаско: башни и ворота, похоже, были живыми и даже имели собственную корневую систему! И это напрочь лишало меня возможности понять, находится ли кто-то за ними.

Сэр Кадоган подошёл к почти неразличимой в сумерках калитке и громко постучал по ней тяжёлым кулаком в латной перчатке. Спустя минуту из-за неё раздался явно недовольный, слегка заспанный женский голос:

— Кого там принесло посреди ночи?

— Двух усталых и одиноких мужчин в поисках отдыха, конечно же. — невозмутимо произнёс Кадоган.

За дверью послышалось некоторое оживлённое шебуршение.

— Сейчас открою. — более звонким и оживлённым тоном произнёс женский голос.

Дверь открылась, явив нам коротко стриженную женщину с соломенными волосами в лёгких кожаных доспехах, вооружённую короткой дубинкой и луком. Если бы не пол, можно было сказать, что выглядела она как типичный стражник-постовой. Примерно минуту она внимательно нас разглядывала: оценивающе посмотрела на оружие, цокнула языком при взгляде на латы наставника, и слегка разочарованно задержала взгляд на рыцарских перстнях.

— Проходите, благородные сэры. Добро пожаловать в Виталию.

Кадоган коротко кивнул ей, и мы прошли во внешний город. Город спал, и пока старик уверенно вёл нас в направлении основных, каменных стен, я с интересом рассматривал обстановку.

Внешний город был полностью выполнен из дерева. Мягкая и короткая трава, словно ковёр, устилала его улицы. В сумерках вытоптанные на ней дорожки из примятой травы были почти неразличимы. В некоторых местах на улице висели фонари, светившиеся тем же цветом, что и озеро — они представляли собой наполненные водой стеклянные шары с неизвестным мне содержимым. Некоторые дома, как и встретившие нас башни, были вырезаны прямо в стволах крайне широких, но невысоких деревьев. Редкие и наиболее богатые были построены прямо в ветвях — но не слишком высоко.

Всё это вместе рождало у меня странное ощущение неуверенности. Здесь было много жизни — куда больше, чем в любом лесу, где я когда-либо был. Словно всё вокруг было набито проклятой жизнью, делая меня полуслепым, рождая непонятное чувство уязвимости. Поэтому я с трудом сдержал вздох облегчения, когда мы дошли до ворот в основную часть города. Туда нас пустили уже без вопросов.

Внутренний город был богат. С первых шагов по нему мне было очевидно, что Таллистрия — одна из богатейших стран. Потому что ни в одном другом городе я не видел, чтобы абсолютно все дороги были выложены камнем.

Старик вёл нас узкими улочками по одной ему ведомой схеме в определённом направлении, однако даже в самых занюханных углах города было на удивление чисто, и даже самые неприметные переулки были заложены каменной плиткой. Во множестве мест имелись открытые водосточные каменные жёлобы, тянущиеся, кажется, от самого дворца до внешнего города.