Александр Март - Механики [1-51 части]

Он сел на стоящие рядом ящики, от чего они тут же жалобно заскрипели.

— Засранец, – беззлобно улыбнулся я наблюдая, как тот начал пить мой кофе, – ну чё там? – кивнул я в сторону вокзала, так как знал, что он там со своими пацанами лазил.

— Да потушили наконец-то, – делая ещё глоток, ответил Мэр, – барахла там валом, трупов ещё больше.

— Слива, мне тоже кофе пожалуйста, – громко произнёс подошедший Крот, следом за ним шёл Чуб, у которого за спиной виднелись два ружья Рейдеров.

— Нафига вам пушки-то эти? – обалдело спросил я, кивнув на них, когда Чуб аккуратно прислонил ружья к ящикам – у них же отдача – будь здоров, а вы хиленькие оба, – я захихикал.

— Это не нам, – попробовав отряхнуть штаны, ответил Чуб, – Череп просил. Он с пацанами за своим вездеходом уехал, а пушки ему в пустыне пригодятся. Говорит, он с неё теперь с одного выстрела будет Рогача валить.

— Да очень многие себе такие ружья захотели, – добавил Крот, – и пистолеты тоже. Пусть у них отдача и здоровая, ничего, привыкнут, боеприпасов тоже много нашли, да и у нас наверняка смогут патроны для всего этого делать, – он ловко вытащил из своей разгрузки револьвер Рейдера и покрутил его в руках.

Да уж, ствол реально здоровый, я даже не знаю, какой там калибр, но бахает эта хреновина очень сильно, и убойная сила у неё – будь здоров!

— Кстати, спасибо, – поблагодарил Крот Сливу, который налил ему кофе, – наконец-то посчитали все трупы.

— И сколько? – с интересом спросил я.

— Двести семьдесят бармалеев.

— Хренасе! – выдохнули мы разом.

— Ага, – заулыбался Крот, – я тоже не ожидал, что их тут столько будет. Только когда уже зачистку проводили, кучу трупов видел, а когда завалы разбирать стали, их ещё больше стало. Вы тачки-то себе нашли? – спросил он у Ивана, который выпил-таки мой кофе и уже тянулся за бутербродами, которые Слива нарезал.

— Угу, – кивнул здоровяк, весь поглощённый бутербродом, — там сбоку от вокзала у них стоянка неплохая была. Мы, на горе когда сидели, видели их машины.

— Это где это? – спросил я.

— За вокзалом, вы с другой стороны сидели, и вам её не было видно. А мы видели, – Ваня улыбнулся, – я пацанам сразу сказал – старайтесь по тачкам сильно не палить, просто не подпускайте никого к ним. Серому и Маленькому тоже сказали, чтобы они туда поменьше снаряды клали.

— Ну, так что в итоге-то? – поторопил я его.

— Семь тракторов, четыре Белаза, – с гордостью ответил Иван, – все машины на ходу.

— А в тачках барахла ещё больше, – добавил Крот, – там один из Белазов вообще им под завязку забит. Видать, только недавно караван какой-то взяли, сюда приехали и разгрузить не успели. Там Хаса братки уже шмон наводят, кстати, там же и двух бандюков нашли, они прятались в Белазах в щелях, как крысы.

— Есть чё пожрать? – спросил появившийся из-за ящиков Туман, – где Мушкетёры?

— Тут мы, – услышали мы голос Паштета.

Наша пятёрка уже вовсю кашеварила. Они оборудовали себе небольшую кухоньку, огородившись со всех сторон ящиками и досками, а сверху натянули брезент, так как днём прошёл довольно таки сильный дождь. Кстати говоря, в основном благодаря дождю, пожары-то и потухли. Только вон цистерны ребятам всё-таки пришлось тушить, вернее, их просто взорвали, разворотив цистерны окончательно. Топливо тут же разлилось в разные стороны и стало быстро затухать, а то когда бы ещё эти здоровенные цистерны сами прогорели.

— Какие планы на завтра? – спросил Крот у Тумана.

— Завтра едем в деревню и ныряем в лифт, – подумав, ответил Туман, – я Грача с пацанами за тёплой одеждой послал. Гере там ещё что-то понадобилось из аппаратуры, вот они все и ломанулись к этому лифту, – он кивнул головой в сторону.

А, ну да, тут же недалеко от базы был ещё один лифт.

— Завтра с утра будут, – посмотрев на часы сказал Туман, – помыться бы, – он почесал свою подмышку.

— Душ вон там сделали, – показал пальцем в сторону Чуб, – метрах в пятидесяти от больших столбов освещения. Там родник какой-то, твои же ребята душ и сделали – он показал рукой на Ивана, – бочки притащили и воду в них на кострах греют. Все же искупаться и привести себя в порядок хотят, а то провоняли этой гарью.

Только сейчас я обратил внимание, что он, в отличие от нас, довольно-таки чистенький.

— Ага! – засмеялся Чуб, увидев, что мы все смотрим сначала на него, а потом на себя, – я уже помылся и переоделся.

— Вот так всегда, – вздохнул я, – мы пленных допрашиваем, пацаны завалы разбирают, а кто-то в душе моется.