Александр Март - Механики [1-51 части]

С этими словами он достал из сумки, которая висела на боку его страуса что-то типа шубы, и одел на себя. За ними стали одеваться и все остальные, благо тёплая одежда у ребят была с собой.

— И мы тут поедем? – недоумённо спросил Череп, когда отряд подъехал к подножию горы.

— Да, – весело ответил Ката, – держитесь за шеи крепче, Идату сами вас вывезут; в некоторых местах придётся спешиться.

Дальше Грач и остальные наблюдали, как Гула с сыном первыми начали взбираться на невысокую гору зигзагами. Их страусы, довольно-таки шустренько для своей комплекции перебирая ногами, забирались наверх.

— Ну, поехали, что ли, – не совсем уверенно произнёс Грач и легонько ногами стукнул своего страуса по бокам.

Следующие четыре часа они преодолевали горы. В нескольких местах приходилось спешиваться и вести Идату под уздцы, но в целом всё прошло благополучно. Когда отряд спустился с горы с другой стороны, все вздохнули с облегчением. Видимо, адреналин, который вырабатывался у каждого из-за этого перехода сделал своё дело, и никто не жаловался, что у него болит та или иная часть тела.

В парочке мест все вообще проходили по узкой тропинке, а внизу был довольно-таки большой обрыв. Идату фыркали и пищали, но шли вперёд. Тропинка была настолько узкой, что птица и наездник с трудом помещались на ней, да ещё ветер и летевший снег ухудшали и так плохую видимость.

— Ну, теперь точно привал, – с облегчением вздохнул Грач, наблюдая, как замыкающий отряд Ката последним спустился на ровную поверхность с горы.

Абсолютно все бойцы уже слезли со своих Идату и сели на траву.

— У меня ноги до сих пор трясутся, – вздохнул Иван, растирая икры своих ног.

Каждый из бойцов тут же высказал своё мнение об этом переходе. Грач видел, что и бойцы, и страусы устали, всё-таки переход был довольно таки сложным и тяжёлым. Если бы не сильный ветер и снег, то было бы проще, но наверху был такой ветродуй, что только и держись, либо за тяжёлую птицу, либо, если сможешь, за какой-нибудь выступ.

— Сколько до конца маршрута? – немного придя в себя спросил Грач у проводников.

— До вечера прибудем на место, – ответил Ката, – предлагаю перекусить, да и отдохнуть всем не мешает. Вон там лесочек, можем развести костры для готовки пищи.

— Добро, – согласился Грач, – едем туда.

Ещё через час, над небольшим лесочком потянулся дым костров и запах готовящейся еды. Этот переход через горы довольно-таки сильно всех вымотал. По совету Ката и Гула всех Идату разгрузили. Кто-то из Идату тут же улёгся отдыхать, кто-то начал копаться в листве в поисках чего-нибудь вкусненького, а кто-то, по примеру Бульона, тут же стал выпрашивать еду у людей.

— Схему этого посёлка помните? – спросил Грач, подходя к Гула и Ката, которые сидели около костра и грели ноги.

— Помним, – ответил Ката.

С этими словами он достал свой нож и начал рисовать на земле схему посёлка, где, по их мнению, должны были находиться друзья этих мужчин.

— Ну, в общем, всё понятно, – покивал несколько раз Грач, когда Гула, как мог, нарисовал схему и объяснил где там что.

Александр.

6 ноября. Утро. Недалеко от Шахты. Мир Белазов.

К шахте мы подъезжали на этом самом грузовичке. План был нереально безумный, но, как известно, наглость города берёт, в нашем случае нам нужно было вытащить наших пацанов и сделать оттуда ноги. Правда, как и на чём делать ноги, мы ещё тоже не понимали, ну ничего, разберёмся на месте.

— Я тебя ещё раз предупреждаю, – зашипел на водителя Туман, – хоть вздохнёшь неправильно, дёрну за леску – твои кишки разметает по всей кабине, а нас ещё нужно попробовать взять, но ты этого уже не увидишь! Всё понял?

— Пппонял, – снова залепетал водитель.

Полчаса назад мы его хорошенько допросили. Меры физического воздействия к нему не применяли, он и так пел соловьём. Рассказал нам водитель много, не всё конечно, что мы хотели, но в целом картина была ясна.

С его слов мы узнали следующее. Охранников на шахте шестьдесят человек, пленных около двухсот, может чуть больше, точнее он сказать затрудняется, так как постоянно кто-то из пленных погибает, и привозят новых. Новые рабочие это, как мы и предполагали, люди из городов – бомжи, алкаши, проигравшиеся в дым или просто задолжавшие люди. Так же хватает и местных, которых они наловили и продолжают ловить в окрестных лесах.

Я попробовал было возмутиться, на предмет того, почему пленные не поднимут бунт, а потом подумал, а куда, собственно говоря, бежать-то? Ладно, местные, а не местные? Да и, скорее всего, сделано всё так, попробуй тот же двойной забор преодолей, что о побеге не может быть и речи.