Александр Март - Механики [1-51 части]

Рейдеры козлы! – это сказали все, причём слово «козлы» ещё самое мягкое. Как сказал перебинтованный Рыжий, эти мутанты из своих жиденьких пушечек умудрились нанести нашему пепелацу довольно-таки сильные повреждения, в паре мест листы железа, которыми он был обварен, снесло, вернее – вырвало с корнем.

Кстати, про Рыжего. Док перевязал всех наших раненых ребят в деревне и ломанулся к Белазу, помня слова Грача о том, что там тоже раненых хватает. Пока мы бегали по полю за тракторами, Док в сопровождении кого-то из ребят добежал до Белаза и перевязал там всех. Так вот, когда мы, подойдя к Белазу, увидели вышедшего оттуда Рыжего, ржали так, что меня аж от смеха согнуло пополам.

Нашего Рыжего, нашего адского водилу тракторов и Белазов, видать хорошо так глушануло внутри Белаза, толи у него там перепонка лопнула, толи осколками зацепило, хрен его знает, в общем. Короче, Док наложил ему большие повязки на уши из ваты и чего-то там ещё. После этого Рыжий стал напоминать большого рассерженного Чебурашку.

Он матерился, ругался, поминал этих Рейдеров до седьмого колена. Вот и представьте картину – вокруг Белаза носится Рыжий, он же Чебурашка, сверкая бинтами и яростно матерится. И всё это в дыму, мы как раз шланги только-только подключили и поливали Белаз, спасали своё барахло из тачки. А этот бегает, орёт, матерится, размахивает руками, и бинты эти его… Ох и ржали мы над ним! Рыжий, как какое-то привидение появлялся из очередного клубка дыма – выбежит, поматерится и исчезнет вновь. Причём, на втором круге он начал матерится на нас, ну, что мы над ним ржём. А мы остановиться не можем, у него уши стали раза в три больше.

Потом делали раненым пацанам навес, лежанки, Док там быстренько разбил небольшой госпиталь.

Кстати, во время этого боя из моего поля зрения как-то выпал Юп. Оказывается, он активно участвовал в отражении атаки, ребята сказали, что он не стрелял, но в рукопашную на Рейдеров с дрыном лез. Я его потом уже увидел, хороший такой фингал у него под глазом.

— У нас ранено больше половины пацанов, – устало произнёс Туман, присаживаясь рядом со мной на бревно, которых тут валялось в изобилии.

Я в этот момент сидел и пытался успокоить свои дрожащие от напряжения руки и ноги. Различных тяжестей натаскался по самое «не балуйся», а смотрел я на Белаз. Он ещё немного дымился, но в целом опасность глобального пожара миновала.

Перед этим, обойдя Белаз по кругу увидел, что в паре мест с него снарядами из тракторов сорвало несколько листов железа, и в трёх местах есть сквозные дырки, в одном месте особенно сильно, там внутри ещё что-то ухнуло, сдетонировав от попадания, и теперь в боку Белаза была здоровенная дырка, величиной с автомобиль Ока.

По нашей пушке наверху они тоже, гады, умудрились попасть, повредили поворотный механизм башни и продырявили ствол. Механизм починить можно, чем уже Грач, несмотря на своё очередное ранение в руку, и занимался, а вот запасного ствола у нас не было. Так что про пушку можно забыть до возвращения в Севох. Так же накрылась одна из зениток, там аж стволы завернуло, да и хрен с ней, главное Хас жив.

Он как раз в момент попадания из неё и молотил, его хорошенько так приложило о переборку – вон лежит под навесом, весь обколотый Доком.

— Чебурашка сказал, – тут Туман улыбнулся, – короче, Рыжий сказал, что этот Белаз – он кивнул на него головой, – теперь точно не ездок. Там то ли с одним из моторов что-то, то ли с приводом, короче, нужен кран и хороший ремонт, плюс запчасти, ничего этого у нас нет.

— Накрылась наша экспедиция, – вздохнул я, – пацанов в нормальную больничку надо.

— Да, – кивнул наш головорез, – оставаться нам тут точно нельзя. Сейчас друзья этих Рейдеров, которых мы сегодня ночью грохнули это поймут, и вполне возможно, что пожалует подмога. Ещё один такой бой мы не выдержим. В деревне нас точно снесут, засядем в Белазе – сожгут, он мало того, что без колёс, так ещё и не едет.

— Ну, тогда у нас только один вариант, – немного подумав, произнёс я, потирая ушибленную коленку, – дожидаемся ребят на втором Белазе, меняем колёса, этого на прицеп, – я кивнул на закопчённый, весь в пулевых отметинах Белаз, – и назад. Залижем раны, поедем ещё раз. Гера-то где?

— Да носится где-то тут. Он всё над своей аппаратурой кудахчет. У нас два куба с собой было, один повреждён, так что, если даже подальше отъедем, всё равно ворота открыть не сможем.

— Так у него какой-то там маяк есть, – напомнил я.