Александр Март - Механики [1-51 части]

Пока Собровцы делали факелы из костей и остатков шмоток, мы продолжили осматривать убитых существ. Перед тем, как двигаться дальше Ватари сказал:

— Послушайте все меня внимательно. Если будет схватка с такими же слизняками. У них длинные когти на ногах и руках, старайтесь не дать себя оцарапать, какая зараза у них под когтями, мы не знаем. Как мы уже все поняли, они реагируют на звук и запах. Нападают молча, без звука, старайтесь не орать и тем более не стрелять. По крайней мере, в самом крайнем случае открывайте огонь. Но взрывать гранаты точно не рекомендую, обрушатся своды ещё чего доброго, тогда точно хана.

— Почему слизняками? — перебил его Слива.

— У них тело какой-то слизью покрыто, — ответил Ватари — думаю, что это типа естественной смазки от местного холода. Чувствуете, как тут прохладно?

Да, это мы все уже ощутили. Температура тут градусов 15, а может и ниже.

— Они же голые и не замерзают, вот эта смазка и выделяется у них по всему телу. Тела у них, кстати, гораздо мягче.

— С чего ты это взял? — спросил Маленький Вася.

Ватари показал свой меч и сказал.

— Почувствовал, когда рубил этих двоих. Человеческое тело твёрже, уж поверьте мне.

— Пистолетами можно пользоваться? — спросил кто-то.

— Оглохнем, — покачал головой Ватари, — сами ничего слышать не будем.

— По ситуации смотрите, — резко сказал Туман. — Ватари у тебя всё?

Тот кивнул.

— Идём тогда. Полукед, пошёл.

Двинулись дальше, в этот самый проход, из которого выползли или вышли эти два слизняка. Мля, страшно-то как. Три факела мы, конечно, сделали, света стало побольше, но, всё равно, как-то жим-жим, при чём конкретно. По мне, так лучше с ящерами в открытую драться или с этими речными гадами. Но вот так, пробираясь по этой пещере, которую я уже ненавидел, а ещё больше я стал ненавидеть американцев, которые нас сюда загнали, в общем страшно. Только дураки не боятся. В паре мест вообще пришлось ползком пробираться, темно, страшно до жопы просто. Фонари, конечно, освещают тут хоть что-то, но сам факт того, что над тобой хрен знает сколько метров породы, и если она сейчас вдруг рухнет, хотя до нас не рухнула, то, блин, смерть от удушья и голода.

Всякие поганые мысли лезут в голову. В одном месте Большой застрял, вот застрял и всё. Ему и так тут тяжко было, всё-таки не зря его Большим зовут, еле протащили его дальше. В особо узком месте ему пришлось вообще всё с себя снять. Слива предложил поплевать на него, чтобы тот скользил лучше, за что чуть в зубы от Большого не получил, и так все на нервах были.

— Теперь я понимаю, что чувствуют глисты в заднице, — сказал Слива, когда мы пролезли по очередному узкому лазу.

Мы были грязные, уже уставшие, вода кончалась катастрофическими темпами. Свежий воздух то появлялся, то заканчивался. Это было видно по колыхающемуся пламени на факелах. Кто-то из нас на них пустил свою куртку, походу, начнём свою одежду жечь. Пару фонарей мы уже умудрились разбить, и один сел, запасных батареек нет. Мы понимали, что запах от сгоревшей одежды распространяется по различным щелям этой пещеры очень далеко, но идти без света ни у кого желания не было. У всех перед глазами до сих пор были эти два тощих тела.

— Куда дальше? — спросил я у Полукеда, когда мы остановились у небольшой развилки.

Он стоял с факелом в руках и поочерёдно направлял факел то в правый коридор, то в левый. Мне показалось, что в левом коридоре пламя посильнее стало колыхаться, значит, оттуда дует откуда-то. И воды как назло больше не появляется, знали бы, в тех двух которые встретили раньше, воды набрали.

— Смотрите, — так же шёпотом сказал Апрель и направил луч фонаря на левый коридор.

В его луче мы все увидели валяющиеся на полу несколько костей. Апрель ещё так медленно лучом по полу стал шарить, и костей было видно всё больше и больше. Кости, были животных, человеческих, вроде как, не было. Хотя, хрен его знает, чьи они.

— Только не говори, что нам туда, — испуганно произнёс Няма.

— Нам туда, — кивнул Полукед и показал на этот левый коридор.

— Млять, — послышались маты некоторых наших ребят.

— Походу, драки точно не избежать, — буркнул Большой и повесил свой печенег за спину, а сам вытащил из ножен здоровенный тесак.

Двинулись туда, в этот долбанный левый коридор, каждую секунду ожидали нападения. Через минут 5–6 осторожного передвижения нашли человеческую руку, вернее, кисть левую, это нам с уверенностью знатока Колючий сказал, а чуть дальше и человеческий череп. Когда я его разглядел, у меня душа в пятки ушла. Череп был вскрыт, и вскрыт зубами, на нём чётко остались несколько борозд, а какие клыки у этих слизняков, мы видели.