Дарья Вознесенская - Игры стихий [litres]

Даже не предполагала, что мне предстоит очередное испытание.

Эльтар.

Я его не видела несколько дней, да и на балу старательно и с опаской высматривала. И вот он передо мной, изрядно пьяный, что меня вовсе не порадовало.

– Пошли танцевать.

– А ты на ногах-то держишься?

– Еще как. И тебя удержать сумею.

Голос был злой, движения нервные. Я, честно говоря, побоялась отказать ему и отправилась в центр зала. Хорошо хоть, танец не был слишком быстрым или интимным, мы двигались на вполне приличном расстоянии друг от друга

– Может, объяснишься, с чего ты надела это подобие платья?

Умеет же он взбесить. Не хуже старшего Оларда.

– Я говорила, что не обязана тебе что-то объяснять.

– А я говорю, что когда ты станешь моей женой, я тебе не позволю носить что-то подобное.

– Эль, я не буду твоей женой. У меня есть любимый человек, и я не собираюсь…

– Да, да, да. Я это уже слышал.

Говоря все это, он вел меня в танце в сторону императорского трона. Сначала я не поняла, что он делает, но потом испугалась. Вдруг он собирается совершить непоправимое? Срочно надо придумать что-нибудь. Я внезапно охнула и осела.

– Моя нога! Кажется, я подвернула ногу! Отведи меня, пожалуйста, в мою ложу.

– Только после того, как я сделаю что нужно.

Он вцепился в мою руку и фактически потащил к Императору. Я поймала взгляд Рона и умоляюще посмотрела на него – надеюсь, он поймет, что надо держаться поближе. Он понял, как и Ари с Фарном, и они стали продвигаться в нашу сторону. Это хорошо, с ними не так страшно.

– Эль, ты пьян. Давай отложим этот разговор до завтра? Может быть, встретимся, погуляем вместе… ну не знаю… по саду. Поговорим?

– Я не собираюсь ждать завтра.

Я в панике осмотрелась. Возле трона, на котором сидел Император, увлеченный разговором с каким-то придворным, стоял Арий. Он недоуменно нахмурился, глядя на наше движение, и начал спускаться вниз. Надеюсь, ради помощи. В этот момент мы с Элем поравнялись с императорским троном, парень резко остановился и вскинул вверх правую руку в странном жесте. Рядом кто-то изумленно ахнул, затем еще и еще один, и вот уже вокруг нас образовалась пустота, музыка стихла. А я не понимала ничего. Что это значит?

– Пять стихий, пять великих родителей, пять воинов, пять миротворцев, пять любимых, пять отвергнутых, пять высоких! Я призываю вас на поединок, я вызываю вас на бой и пусть решится моя судьба.

Краем глаза я увидела, как несколько женщин повалились в обморок, в том числе знакомая мне дама – мама Эля, которую я видела в Академии.

Что ж это такое? Вызов стихиям? Это он? Рон рассказывал мне, что бой со стихиями бывает крайне редко, практически никто его не выигрывает, есть один шанс из тысячи, но Эль не самый сильный маг, к тому же пьян. Я в ужасе повернулась к Рону, он выглядел совершенно несчастным.

Арий?

Его лицо окоченело, а в глазах мелькнула боль, а затем… решимость?

Император?

Император был бледен, но заговорил громким голосом, отдававшимся в полной тишине эхом. Видимо, это было продолжением ритуала, и, хочешь не хочешь, он должен был его исполнять.

– Эль из рода Олард, стихии услышат тебя, я передам им твою просьбу. За твое поражение тебя ждет смерть, что ты хочешь за свою победу?

– Я хочу, чтобы Анна Тер Сегет стала моей женой.

Интуиция меня не подвела. Но это был какой-то оживший кошмар. Я в полном шоке от происходящего качала головой – нет, нет, нет, пожалуйста, только не это. Если он выиграет, я стану женой эгоистичного мальчишки. Но это практически невозможно, он проиграет, и я буду виновна в его смерти! Я четко понимала, что все будут винить меня, хотя я ничего не сделала, чтобы его обнадежить. Мелькнула безумная мысль, что надо было дать ему тогда меня изнасиловать, возможно, на этом все закончилось бы. Мне необходимо было что-то придумать прямо сейчас, возможно, брак с ним все же лучше, чем его смерть и чувство вины, которое будет преследовать меня всю оставшуюся жизнь?

Тем временем Император продолжал:

– Стихии услышат тебя, Эль из рода Олард. Если есть возражения у кого-то из присутствующих, вы можете сказать их прямо сейчас или замолкнуть навсегда.

Навсегда. До конца жизни быть его женой, его игрушкой. Окружающие молчали, пауза затягивалась – видимо, возражения должны были быть достаточно серьезными, а не просто «не хочу».

Я опустила голову, судорожно вздохнула и приняла решение. Как и тогда.

Я не могу отправить мальчишку на смерть. И в ту секунду, когда я уже была готова сказать, что стану его женой и без всякого боя со стихиями, раздался уверенный голос Ария.