Александр Март - Механики [Части 1-54]

Тут же со стороны, куда убежал Булат, раздался крик.

— Псина эта его, стреляйте! — тут же раздались длинные автоматные очереди и следом визг боли.

Твою мать! От бессилия я сжал кулаки. Неужели убили? Неужели Булат не прорвался? Твою же мать!

— Сдавайтесь! — снова заорал какой-то мужик. — Времени больше нет!

— Выкидывай автомат, Леший, — сказал я ему негромко. — Ещё побарахтаемся.

Леший, размахнувшись, перекинул оружие через кусты.

— Выходи, Александр, и вставай на колени, — снова голос.

Перед тем как выйти из-за кустов, я посмотрел на лежащих Лешего и Свету. Леший был бледен, Света всё так же лежала без сознания.

— Не стреляйте! — громко крикнул я, вставая в полный рост. — Я выхожу.

Пока я медленно выходил из кустов, в голове крутились мысли. Как? Неужели Риф? Но почему? Почему он так поступил? Я до конца всё ещё не верил, что это его работа. С другой стороны, только он знал, что мы едем к нему, и он нас пригласил. Завалить дерево за пять минут невозможно. Неужели, и правда, Риф? Ну, падла, дай мне только выбраться отсюда. Хотя на счёт последнего я сильно сомневался.

— На колени! — снова заорал мужик из кустов, отвлекая меня от мыслей.

Я встал на колени и заложил руки за голову.

— Там двое раненых, окажите им помощь! — громко крикнул я. — Я сделаю всё, что вы захотите.

«Кто же вы такие-то? — снова полезли мне в голову мысли. — Нефтяники? Только они, больше некому».

— Ну, здравствуй, урод, — услышал я сбоку голос. Знакомый голос.

Повернувшись на него, я увидел… Твою же мать! Михайлов собственной персоной! Последнее, что я увидел — это его фиолетовая рожа, вернее, фиолетовые синяки у него под глазами, после того, как я его обработал, и летящий мне в лицо приклад автомата.

Очнулся от того, что меня поливают водой.

— Очухался? — услышал я голос Михайлова.

Разлепив глаза, почувствовал, что ноги и руки у меня связаны, руки спереди. Протерев несколько раз глаза от воды сел на задницу. Я находился на небольшой поляне, вокруг были деревья. На улице было всё ещё темно, но горящие вокруг нас несколько электрических фонарей давали свет, и я смог оглядеться. Судя по всему, мы находились на какой-то лесопилке. Вон, с боку лежат брёвна, напиленные доски. Рядом находится пара сарайчиков и навес. Точно лесопилка. Вон, большая куча опилок под навесом, стоит машина. Судя по всему, раньше это был джип, с него срезали всю заднюю часть, оставив только два передних места. Используют его в качестве тягача, к его задней части была прицеплена цепями пара брёвен.

— Света где? И Леший, — спросил я у стоящего напротив меня Михайлова.

Он стоял и мерзко улыбался. Рядом с ним находилось ещё четверо каких-то мужиков с оружием в руках. Они стояли и рассматривали меня, ухмыляясь.

— Тёлка твоя? — заржал Михайлов. — Пока в отрубе в сарае валяется. Сейчас мы чуток отдохнём и по кругу её пустим у тебя на глазах. А Леший — это тот боец, который с тобой был? Да добили мы его, чтобы не мучился.

Твою мать! Я сжал кулаки. Леший, брат!

— Собаку твою мы тоже грохнули, — радостно заржал один из мужиков. — Не успел твой Тузик сбежать от нас.

Уроды, сволочи, чтобы вы сдохли все!

— Только попробуй Свету тронуть, — угрожающе сказал я Михайлову, — я тебя на том свете достану.

— Ой, боюсь-боюсь! — наиграно сказал он, а стоящие с ним бандиты засмеялись. — Тут твоих бойцов нет, — мгновенно убрав улыбку с лица и приблизившись ко мне, зашипел Михайлов, — тут я буду решать, что будет. Ты думал, что ты везде король?

— А ты думаешь, что ты? — перебил я его и улыбнулся. Голова болит, пипец. Видать, хорошо он мне прикладом заехал. Я потрогал пострадавшую часть головы. Кровь. Рассёк-таки мне лобешник.

Михайлов снова мерзко захихикал и сказал:

Я, конечно, никак не ожидал тебя тут увидеть. И ты, скотина, унизил меня при всех людях. За это ты будешь долго и мучительно умирать.

— Ты не боишься, что мои пацаны потом до тебя доберутся и грохнут и тебя, и твоих шестёрок? — кивнул я на стоящих бандюков.

— Пусть сначала докажут, что это мы сделали, — услышал я ещё один голос сбоку и на свет вышел ГРУшник.