Александр Март - Механики [Части 1-54]

— Ты — со мной, — ткнул я пальцем в ту обезьяну, которая говорила, — ты — с ними, — показал на вторую.

Было видно, как они разом сглотнули, быстро посмотрели друг на друга, кивнули, и одна из них припустила за пацанами.

— Кудала мнела? — спросила оставшаяся мартышка.

— В тачку прыгай, — надевая очки, сказал Слива и показал на Эво.

— Они к вам едут, мужики, — снова заговорил в рацию Тамаз — четыре паруса, шесть мартышек, у вас там чё?

— Говорящие обезьяны у нас тут, — выдал кто-то в рацию.

— Как это — говорящие? — обалдел Тамаз.

— Да вот так, говорят.

— Это, мужики, давайте быстрее, — вклинился в разговор Марк, — у нас тут не месяц май, задница уже замёрзла.

Млять, я с этими обезьянами совсем забыл, что на улице минус двадцать. Но как, млять, эти обезьяны разговаривают-то? Я до сих пор в шоке!

Мартышка подошла и, без проблем взявшись за ручку двери, открыла её.

— Охренеть! — снова выдал Слива — из какого они цирка-то, млять?

— Поехали! — поторопил я его, увидев-таки четыре паруса на горизонте.

Обернувшись, увидел, как наши мужики уже погрузили внутрь грузовика Санты раненую мартышку, и вон мелькнула задница второй, самец это, или кто он там, лихо запрыгнул на ступеньки и исчез в чреве грузовика.

— Теснола, — выдал этот шерстяной, когда плюхнулся в ковш, — поехалила скореела.

Пипец, я не знаю, что сказать, поэтому просто уселся за руль и завёл машину. Сзади в ковши сели Слива и Колючий, Полукед в один из Чероки забрался.

— Не вздумай тут блевануть, — почему-то сказал я сидевшей рядом обезьяне, когда мы резко тронулись с места.

Тот сидел, вцепившись в дверную ручку, потом потихоньку повернул голову, посмотрел на меня и усмехнулся. Вот же млять, он млять разумный, но как так-то!? Он сидел не дёргаясь, не знаю, ездил он до этого на машинах или нет, но, осмотрев салон машины, он снова уставился вперёд.

— Тудала, — ткнул он пальцем в лобовое стекло, показывая в сторону парусов.

В зеркала я видел, как по бокам и чуть сзади от Эво едут два Чероки.

— Не, пацаны, ну вы видели? — взорвался наушник голосом Коржа, — говорящие мать их обезьяны!

Всё, этого оказалось достаточно, чтобы эфир тут же заполнился возгласами пацанов. Каждый старался перебить другого, и выдать всё то, что он думает об этой новости.

— Ну-ка заткнулись все! — рявкнул в эфир Туман, — потом будете обсуждать мартышек.

Наступила мгновенная тишина.

— Спасибла, — выдал кто-то из ребят.

Мне кажется, хохот мужиков я услышал и без рации. Клёпа со Сливой сзади заржали так, что сидящая спереди мартышка аж пригнулась, потом обернулась, посмотрела на них, как на придурков, и опять уставилась в лобовое стекло.

— Я вам сказал всем заткнуться, — снова произнёс Туман, — Крот, млять, чё там с этим Юпом? Взяли?

— Нет, нихрена мы его не взяли! Они какие-то шахиды все. Этот урод на нас с гранатами кинулся, пришлось его пристрелить.

— Падла! — произнёс Туман.

Снова хохот. Походу, у нас теперь найдутся последователи, которые будут разговаривать, как эти мартышки, везде добавлять окончание «-ла».

— Вонла онила, — ткнул в лобовуху этот шерстяной, — тормозила.

Жму на тормоз, Эво начинает замедляться, до парусов метров триста, едут по льду цепью, увидев наши машины сразу рассыпались в стороны. Обезьяна тут же начала ломиться из машины, дёргая за все ручки подряд.

— Ээээ, осторожней! — испугался я, увидев, как тот начинает искать ручку, — вот так, — я перегнулся и, дёрнув за ручку, выпустил его наружу, — иди, говори своим, что всё в порядке.

Мы выбрались из наших машин и встали напротив них. Быстро обернувшись, увидел, как два Плаща едут к нашему временному укрытию в скалах, где мы оставили Тамаза с Марком. С другой стороны, вон едут два джипа — это Крот и Риф.

Я и глазом не успел моргнуть, как эта обезьяна забралась на крышу Эво и замахала руками.

— Ты че, млять? — наехал на него Слива.

— Оставь его, — махнул я рукой, наблюдая, как крыша немного прогнулась под его весом. Млять, в этой мартышке килограмм сто двадцать, точно, есть, ладно, выпрямим потом. Почему-то в этой ситуации за крышу я особо не переживал.

— Только не топчись по крыше, урод шерстяной, — сказал ему Колючий.

Но, казалось, мартышка не обращает на нас и других ребят около двух джипов никакого внимания, вон, он как руками машет, привлекая к себе внимание.

Опа, его заметили, вон, паруса, которые разлетелись в стороны, снова собрались вместе и движутся точно на нас. Лихо они всё-таки двигаются по льду на своих этих досках.