Александр Март - Механики [Части 1-54]

— По-любому, — ответил я, — может быть, даже несколько. Один для зверей, второй для охраны и доставки грузов. Где-то тут есть место, где очень холодно, вот там они и обосновались, там же разводят зверей и оттуда же отправляют их через лифты к городам. Но вот где такое место? Слышь, жирный, — обратился я к нему, — они точно хоть какое-то приблизительное место не назвали?

— Нет-нет, я бы сказал вам.

— Говори, скотина! — неожиданно схватив толстяка за волосы, закричал ему в лицо Клёпа, — я тебя сейчас всего на куски порежу!

— Аааааа! — заорал толстый что есть мочи.

Спустя секунду я увидел, как Клёпа отрезает ему ухо. Жирный стал орать ещё сильнее.

— Говори, где лифт, урод! — отвешивая ему пару подзатыльников, закричал Клёпа, — ты же живёшь в деревне, ты должен знать где лифт. Говори, падаль, пока я тебе второе ухо не отрезал! — Клёпа ещё так покрутил отрезанным ухом перед глазами у толстого.

Он схватился рукой за свою голову, где у него только что было ухо, и сквозь пальцы тут же начала сочиться кровь.

— Я же тебе сразу сказал, — ухмыльнулся Туман, — лучше всё рассказывай.

— Я знаю, знаю, где лифт, — завопил толстый, — не надо, пожалуйста, не надо!

— Говори! — снова рявкнул Клёпа и неожиданно воткнул толстому нож в левую ляжку.

Визг толстого перешёл на ультразвук, я аж пригнулся от его крика.

— В пяти километрах от деревни есть скалы, там лифт, который выводит в другое место, там холодно, они оттуда. Это всё, что я знаю, не убивайте, хватит, пожалуйста, хватит!

Он снова громко пёрднул и заплакал.

— Ну, думаю он больше ничего не знает, — спокойно произнёс Клёпа, выдёргивая нож из ноги толстого, тот от боли резко заткнулся, закатил глаза и хлопнулся в обморок, — хотя можно его ещё немножко порезать, может ещё чего скажет интересного.

— Маньяки, — засмеялся кто-то из шахтёров.

— Зато как интересно, — добавил другой, — толстый сразу всё рассказал.

Мне так и хотелось сказать, это вы ещё наших мушкетёров не видели, те допросы покруче проводят. И у них вместо ножей бензопилы. Там сразу всё вспомнишь и то, что не помнишь, тоже вспомнишь. Если бы Котлета или Мамуля этого толстого допрашивали, он бы наверняка в штаны себе наложил, а тут только воздух несколько раз испортил.

— Этого из газпрома перевязать, связать и оттащить в угол, — улыбаясь сказал Туман, — пусть там воняет лежит.

— Ну и что делать будем? — спросил Туча, когда мы впятером отошли в сторонку от всех шахтёров.

Краем глаза я увидел, как этого толстяка мужики немного попинали, он уже пришёл в сознание, он как-то скулил, держась одной рукой за отрезанное ухо, второй — за ногу. Затем к нему подошёл этот дедок, врач и лихо обмотал ему башку бинтами и перевязал ногу.

И ещё я заметил, как некоторые из шахтёров с опаской смотрят на весёлого Клёпу. Походу, мужики решили, что он какой то маньяк — сначала отрезал ухо, а потом воткнул толстому в ногу нож, и всё это спокойно и с улыбкой. Эх, мужики, знали бы, через какую он войну прошёл, что там видел и делал и в нашем мире, то не смотрели бы так на него. Да и на нас они вон как косятся.

— Нам однозначно нужно к этому лифту, — тут же сказал Слива.

— А с людьми что? — кивнул в их сторону Туман, — мы их всех обещали отсюда вывести.

— Думаю, что сначала нужно вывести отсюда всех людей, — подумав, произнёс я, — лифт никуда не денется. Да и отдохнуть нам и перегруппироваться нужно, Клёпа, вон, ранен.

— Со мной нормально всё! — тут же взвился тот.

Я просто молча взял и легонько ударил носком своего кроссовка по его правой ноге.

— А, млять, Саня! — застонал тот от боли.

— Нормальный он.

— Отсюда точно нужно выбираться, — задумчиво произнёс Туман, наблюдая, как связанного толстого трое мужиков волокут в угол.

Толстый как-то хрюкает и поскуливает. Да уж, не повезло ему, точно живым он отсюда, однозначно, не выберется.

— Где же наши, млять! — в сердцах выругался Туман, — все сроки уже прошли. Ту базу, откуда мы сюда приехали, точно нужно в дым раскатать. И узнать бы побольше про этот институт-базу, где животных выращивают.

— Почему институт-то? — спросил Слива.

— Потому что там всяких яйцеголовых, которые занимаются научной деятельностью полным-полно. Эх, нам бы побольше информации, где она, и что к чему там.

— Приём. — внезапно заговорили наши рации.

Рация была только у меня и у Тумана.

Мы все недоумённо уставились на рации.

— Это кто ещё? — спросил Слива.

— Да эти ушлёпки, походу, с нами на связь пытаются выйти, — зло произнёс Клёпа.