Александр Март - Механики [Части 1-54]

— Не разберут, — спокойно ответил Ката, — там, где есть Идату, живёт небольшая семья, они тоже наши родственники.

— А что же они со всеми вами-то не живут? — тут же спросил Грач.

— Потому что самки Идату дают молоко. А для молока им нужна трава, трава растёт на полях, вот они и пасутся. Вы же сами говорили, что видели несколько стай диких Идату. Часть из Идату приручены, и на них же наши родственники раз в два дня отвозят молоко в определённые места, куда приезжают люди из других деревень и покупают его у них. Взамен они привозят им другую еду и одежду.

— Логично, — кивнул Грач, — только где гарантия того, что нас не грохнут, и вы не заведёте нас в засаду, когда мы будем верхом?

Многие из ребят тут же вспомнили, как точно так же попали в засаду ребята в мире динозавров, когда вот так доверились местным аборигенам и пошли за ними. И только благодаря выучке и профессионализму все выжили и отбились от динозавров. Правда, потом всё равно в плен попали, но это уже было после.

Внезапно, оба мужчины рассмеялись.

— Чего смешного? — начал снова закипать Тамаз.

Отец мальчика, отсмеявшись, сказал.

— Вы следы от своего трактора, вернее, вездехода видели? Вас только слепой не заметит, мы вас по ним и нашли. Только благодаря тому, что тут места глухие, и вы наверняка двигались через леса, вас до сих пор не заметили. Проще вас завезти в такое место, откуда вы точно не выедете, и там, как вы говорите, организовать засаду. И даже мы, аборигены, как те нас называют, и то понимаем, что пешком, без этого, — он кивнул в сторону ДТ-30, — далеко вы не уйдёте.

— Какие хитрожопые, — сопя носом пробурчал Большой.

— Недооценили мы их, — хихикнул Няма.

— А верхом на ваших Страусах значит уйдём? — продолжал раздувать ноздри Тамаз.

— Да, как ты сказал, на Идату всегда свалить можно. Вы же шли к нам через лес, наверняка видели, как животные передвигаются в лесу.

— Это точно, — почесав затылок, ответил Грач, — прыгают по камням они лихо.

Едем уже почти шесть часов. Этот долбаный эшелон, кажется, и не думает останавливаться! Остановился он только один раз, когда выгружали ящики и тюки этим хренам на джипах и каких-то животных, сильно смахивающих на Страусов.

Эшелон, то разгонялся и ехал с приличной скоростью, то полз, как Черепаха, преодолевая крутые подъёмы или повороты. Причём, часто мы видели, что движемся среди гор. Может быть, сидя в купе поезда, я бы и наслаждался видами из окошка. Но сейчас нам, мать вашу, было, пипец как, холодно!

Зуб на зуб от холода не попадал, и я справедливо полагал, что после этой поездочки на следующий день мы все свалимся с соплями и температурой, а нам ещё пацанов наших выручать. Вот как, скажите мне, потихоньку подкрадываться к врагу, когда у тебя полный нос соплей?

А потом пошёл дождь, я бы сказал, ливень, и нам стало совсем весело!

— Давайте уже взломаем ящики и посмотрим, что в них? — стуча зубами от холода, произнёс Слива.

— Нельзя, — пытаясь спрятаться под брезентом, чтобы на него не капала вода, произнёс Туман, — во время разгрузки они увидят, что ящики вскрыты и могут отправить следопытов или просто прочесать все вокруг базы, или, куда мы там едем. А ты сам знаешь, хороший следопыт враз обнаружит наши следы.

Мне в этот момент парочка хороших капель попала за шиворот. Я чуть не заорал от неожиданности и холода. Мои друзья мурашки уже давно замёрзли нахрен, я понимаю, что ноги и пальцы в кроссовках тоже уже почти дали дуба.

— Я их всех порешу, — чуть ли не плача, прошептал Слива, залезая, как уж, подальше между ящиками, — за всё. За то, что я вылезал из-под вагона на ходу, за холод, за дождь!

— И за голод, — буркнул я, пытаясь получше укутаться в свою куртку.

— И за это тоже.

Так мы ехали ещё пару часов. Это я по часам засёк. В итоге — восемь часов пути. Вот, на сколько мы отъехали? Сколько наши пацаны будут добираться до нас на вездеходе? Хоть одно хорошо — есть железная дорога, вдоль которой можно ехать, и рано или поздно она приведёт к конечной точке.

Но, млять, тут дорог нет, пацанам нужно будет останавливаться однозначно! И вездеход этот.

— С какой скоростью вездеход может двигаться? — спросил я у ребят.

— Сорок километров в час, — тут же ответил Туман, — по суше или шоссе, а тут дорог нет. И ехать им надо так, чтобы их никто не срисовал. Значит через леса и болота.

— Млять! — протянул Слива.