Ларионова Виола - Во власти магии

— Нет, всё то. Всё прекрасно, просто я ещё не готова, — я с трудом застёгивала пуговки. Руки дрожали. Взяла пакет с плащом и собиралась уйти.

— Постой, — Алекс схватил меня за руку. — Останься. Я не буду тебя принуждать. Я просто хочу с тобой провести вечер.

Он так просил, что я не могла отказать, но и настроение было уже не то.

— Я пойду. Нужно ещё уроки сделать, — неуверенно начала я.

— А как же торт? Один кусочек и можешь идти.

Он давил на больное, и я, поддавшись на уговоры, присела на диван.

— Только без глупостей. О твоём поведении мы ещё поговорим, — пригрозил Рома мне на ухо и исчез.

Сердце едва не выпрыгивало из груди. Меня всю трясло, страх охватил тело, а мозг пытался придумать план, но, нацепив на лицо улыбочку, я приняла тарелку с кусочком торта. Он был восхитителен! Взрывал мои вкусовые рецепторы и уносил в страну наслаждений. Ничего вкуснее я не ела, а потому попросила ещё кусочек. Остановились мы только тогда, когда тортик кончился вовсе. Я откинулась на диван, встать не было сил. Алекс сделал то же самое. Закинул руку, приобнял меня за плечи и принялся перебирать мои волосы. Мы сидели молча, каждый думая о своём. Когда дышать стало чуть легче, я засобиралась к себе. Алекс вызвался проводить меня, я попыталась отказаться, но он, как истинный джентльмен, настоял на своём.

Я отдала ему куртку, он почти невесомо поцеловал меня в губы и ушёл, пожелав сладких снов. Ага… Именно такой сон мне Рома обещал устроить.

Оставшись в комнате одна, я осела прямо у дверей и спрятала лицо в коленях. Лёпа поспешил ко мне. Я от неожиданности вздрогнула. Он вырос. Заметно вырос. Шишки стали ещё больше, совсем скоро появятся крылышки. Мне уже не терпелось их увидеть. Чунцыл принялся об меня тереться, а я с удовольствием его гладила.

— Хочешь крови, малышик? — спросила я у котика, подставляя ему руку. Лёпа отказываться не стал и быстро прокусил мне ребро ладони. Было больно, но терпимо. Насытившись, чунцыл по обычаю затянул ранки и ушёл на кресло, а я отправилась в кабинет. К урокам душа не лежала, и, выполнив необходимый минимум, я отправилась в ванную. Хотелось снять напряжение в горячей воде.

Как я и предполагала, Рома пришёл ко мне во сне. Снова посыпались угрозы, предупреждения и удары… Много ударов.

Когда мне стало совсем плохо, появился Лёпа. Контролировать чунцыла, как меня, Рома не мог и, судя по всему, испытывал боль, когда котик на него нападал. Сон резко прекратился, и я, очнувшись, приняла сидячее положение. Лёпа кубарем свалился с моей груди, возмущенно мяукнул и забрался на колени. Я принялась судорожно гладить его и благодарить за спасение, пытаясь выбросить из головы сон. Не выходило. Уснуть тоже не удалось, и, взяв первый попавшийся учебник, я уселась на широкий подоконник, приоткрыла окно, чтобы свежий воздух меня отрезвил, и принялась читатьв тусклом свете светильника. Прочитав один абзац несколько раз и не уловив смысла, я поняла, что не настроена на чтение. Недолго думая, отправилась на кухню в надежде, что успокаивающий чай мне поможет и что меня не поймают. В принципе, на часах уже давно за двенадцать и дежурные спят, так что, впрыгнув в пушистые домашние тапки, я тихо пошла на кухню, даже не подумав накинуть халат. Лёпа не отставал ни на шаг. Мне с ним было спокойно, какая-никакая, а поддержка.

Чайник вскипел быстро. Заварив успокаивающий сбор и взяв по обычаю овсяное печенье, я села на подоконник и стала всматриваться в тени за окном. Полная луна ярко светила, придавая всему миру таинственный и немного пугающий вид.

Лёпа сел напротив меня и, стащив печеньку, усердно с ней расправлялся. Чай действительно расслаблял и успокаивал. Всё же что-то есть хорошее в этом магическом мире.

За размышлениями о плюсах и минусах Айриса и Эмерланда я не почувствовала, как нагрелся браслет. В кухню влетел злой куратор в пижамных, в крупную клетку штанах и с голым торсом. От увиденного я поперхнулась чаем, он пошёл не в то горло, и я закашлялась, как курильщик со стажем. Господин Даудов молча ждал, пока приступ пройдёт, а я рассматривала его тело. Нет, не в том смысле. Безусловно, там было на что посмотреть, но моё внимание привлекли не кубики на животе, а шрамы. Широкие рубцы украшали всё его тело, это пугало и восхищало. Тело мужчины, тело воина. Не контролируя себя, я слезла с насиженного места и вплотную подошла к куратору. Рука сама потянулась к шраму, горизонтально рассёкающему грудь. Он был выпуклый и гораздо белее кожи на теле. После таких ранений не живут.