Анатолий Патман - Человек с танком

И вот тут-то в середине дня танкистам было суждено нежданно узнать, что началась война. Как оказалось, ближе к полудню по радио именно товарищем Молотовым было сообщено, что объявлена война Финляндии. Конечно, это встревожило многих танкистов. Как пить дать, они наверняка следовали на войну.

Народ в Москве тоже был взбудоражен. Хотя, в основном преобладали приподнятые настроения. Люди войны с Финляндией особо не боялись и верили, что эта страна скоро будет разгромлена.

Правда, Василий не совсем разделял это мнение. Уж он-то помнил, чем закончилась давнишняя ‘зимняя’ война. Но тут ему оставалось только надеяться, что высшим руководством СССР приняты все необходимые меры. А то и сведения имеются, и ничего не сделано? Непорядок!

Тем не менее, даже в начавшейся суматохе, успел попаданец заглянуть и в знакомый когда-то ему музей. Там он пробыл совсем немного, но нужное дело сделал, оставив уже довольно увесистый пакет. Ведь совсем рядом с Центральным почтамтом, и Кремль под боком, да и по пути. Стоило всего лишь отлучиться ненадолго. Даже и внимания особого к себе не привлёк, тем более, у сослуживцев. Ведь все и так малость отдыхали у Манежа после довольно долгой пешей экскурсии. А тут всего-то лишь через дорогу.

После экскурсии по Москве у счастливчиков-младших командиров, не смотря даже на новости о войне, действительно поднялось настроение. Что же, командование знало, что делало. Правда, оно никак не говорило, что отправятся прямо на войну. Хотя, все видели, что путь эшелоны держали на север. Но танкистам и так было ясно, что на фронт.

Уже по прибытии, четвёртого марта, как оказалось, в окрестности Ленинграда, жаль, что в город никого так и не пустили, весь личный состав узнал, что их батальон тяжёлых танков был влит в бригаду товарища Кравченко. А оказался он на Карельском перешейке, и где уже как три дня шла та самая настоящая “зимняя” война.

Конечно, многие танкисты восприняли всё как полагается. Само собой, имелись и некоторые разочаровавшиеся и расстроившиеся, но куда деваться. Служба есть служба. Да и приказы командования, тем более, считай, уже на войне, не обсуждают, а выполняют.

А через пару дней тяжёлая танковая бригада прорыва под командованием одного из будущих советских военноначальников, по уже занятой территории, вышла к пресловутой линии Маннергейма. Конечно, про товарища Кравченко пока мало кто знал. Кажется, наверху-то знали…

На удивление попаданца, “зимняя война” с самого начала получилась немного иной, чем когда-то. Считай, что с ходу, оборонительные позиции финнов были прорваны. Подвижные соединения РККА устремились вперёд. А вот сам попаданец, кстати, сумевший отличиться, со своим танком и уже взводом двинулся, вероятней всего, под Выборг.

Получается, что после нежданного попадания человека откуда-то история здесь сделала свой очередной шаг. Вот только его результат пока был неизвестен никому! Даже самому попаданцу!

*

Глава 12

Немного про тайные дела…

Больше всего, чем даже боевые успехи, Василия радовало то, что он сумел-таки выполнить кое-что, ведомое только ему.

Конечно, и в новом мире у него имелось немало проблем. Жизнь в бараке, да ещё с семьей, человеку, привыкшему к немного другим условиям, не так уж и радует. Прежние быт, вещи и порядки исчезли как бы и насовсем. Надо привыкать, чуть ли, жить заново.

Ещё одной проблемой являлись знания. Всё-таки человек явился из будущего и знал такие вещи, про которые пока мало кому было ведомо. И вот этот специфический груз и, главное, что-то близкое к ответственности за обладание такими знаниями, нешуточно давили на него и заставляли сильно напрягаться. Точнее, прежде всего, Василия волновало, как незаметно передать свои знания куда надо. Ведь он всё-таки являлся, хоть каким, но, всё же, как бы и патриотом страны, пусть и не совсем в своём времени. И никак не мог оставаться безучастным к нынешним событиям. К тому же, часть их уже имела и материальное воплощение. Ведь у него дома в Горьком, точнее, в известном только ему тайнике, хранилось чёрт знает что!

Кстати, там, на склоне заросшего кустарником небольшого овражка, недалеко от места жительства, в надёжном месте, были припрятаны ТТ с двумя магазинами и польский трофейный пистолет в пистолетной кобуре с пятью, также три гранаты, как и мешочек с трофейными принадлежностями для чистки оружия. Там же, но немного отдельно, упакованные надёжно, лежали парочка пластиковых карт, автомобильные права, электронная карта медицинского страхования, само собой, и мобильник. А вот трофейная карта Польши и обе книжки с блокнотом, тоже припрятанные довольно надёжно, уже хранились дома.