Анна Сойтту - Предназначение дракона

Не обращая на меня внимания, хозяин дома достал из ниши в стене баночку, открыл её и даже с такого расстояния в нос мне ударил странно пахнущей аромат, но довольно приятный. Гримонт подошёл к кровати и, осторожно перетянув меня к краю, помог сесть, поднял остатки моей юбки до уровня колен и смазал синяки и ссадины, тоже самое проделал с локтями, спиной и шеей. Грязно-янтарные лохмотья почти ничего не скрывали. Его прикосновения поражали своей бережностью, а мазь холодила кожу, заставляя сбиться дыхание.

— Он ведь не спрашивал твоего согласия? — нарушил тишину чёрный.

— Что? — я отвлеклась от разглядывания ошеломившего меня наблюдения.

— Хэлрид. Он провёл обряд без твоего согласия, — мужчина скорее утверждал, чем спрашивал.

Гримонт едва ощутимо провёл длинными тонкими пальцами, такие обычно бывают у пианистов, по моему запястью с поблекшей татуировкой, вызывая тихое томление шевельнувшееся под моей кожей. Передо мной сейчас находился совершенно другой человек, точнее дракон. С лёгким удивлением разглядывала мужчину, который запомнился мне злым и циничным возле озера и способным на убийство в системе пещер, ставших моей тюрьмой. Но сейчас я почему-то нисколько его не боялась.

— Что за обряд? — я всё пыталась сложить элементы нового подброшенного этим миром паззла, но тот рассыпался и не хотел складываться.

— Твоя татуировка. Это знак принесённой в одностороннем порядке брачной клятвы. Если бы ты дала своё согласие и ответила Хэлриду, то она бы не померкла. Белый слишком молод и глуп. Зов Редкого Сокровища опьяняет. Все мысли заняты только желанием обладать им. Спрятать, запереть, охранять. Ревность сводит с ума. Это чувство очень похоже на Зов Предназначенной Души. Белый не может быть твоей парой. Он слишком молод и глуп, чтобы чувствовать и понимать.

— А ты стар и мудр? — горько хмыкнула, разглядывая своего спасителя.

— Ася, мне больше тысячи лет… — дракон улыбнулся уголками губ и продолжил. — Без твоего согласия можно заключить брак, но консумировать его невозможно. Через пару дней браслет пропадёт совсем, и ваш союз будет недействительным, — дракон поднял на меня свои задумчивые изумрудные глаза. — Прости, что так повёл себя с тобой тогда в пещере, это было нужно. Потом я объясню.

— Это из-за Лидора? — тихо спросила сидящего на полу передо мной мужчину.

— Отчасти, — уклонился от ответа чёрный. — Это не моя тайна.

— Гримонт…

— Грим, — перебил дракон.

— Хорошо, — протянула я, разглядывая руки чёрного дракона. — Грим, почему у тебя это?

— Зов Предназначеной Души, — задумчиво протянул дракон. — Независимо от желаний, связывает узами крепче брака. Одна жизнь на двоих. Одна боль на двоих. Одна судьба на двоих. И даже смерть. Умрёт один, и другой погибнет от тоски…

— Почему? — в голове крутился миллион вопросов, но я наклонилась и подняла с пола отставленную драконом банку с целебной мазью.

— Спроси у Высших, — хмыкнул Грим. — Кровь Владык защищает нас с братом от Зова, мы не должны терять себя из-за сокровищ и подвергать опасности свой народ. Остальные драконы этим похвастаться не могут. Сначала я испугался, что ты — то самое сокровище, из-за которого я сойду с ума. Я думал, что это просто Зов. Хотя с того момента, как почувствовал твоё появление, а затем увидел тогда в пещере, уже знал, что это не так.

Мой разум разрывался от предположений, а сердце покрылось слоем морозного инея. Я осторожно взяла чёрного за левую руку, перевернула запястьем вверх и смазала мазью полное отражение собственных ран. Дракон настороженно наблюдал за моими действиями. Я отвела назад его волосы и обнаружила на шее те же синяки, что наверняка украшали и мою.

— Спина и колени тоже? — непонимание уступало место странному равнодушному оцепенению. Слишком много событий, слишком много чужих тайн, слишком…

— Я сам. Потом…

Дракон неожиданно перетянул меня к себе на колени, зарываясь носом в волосы.

— Ассська, — тихий полный желания и боли хрип.

— Твоя, да? — горькая усмешка тронула мои губы.

— Нет. Не моя, — прошипел дракон. — И это бесссит.

Не знаю сколько времени мы провели на полу. Я думала о том, чем занят сейчас белый дракон. Шассариэн говорил, что тот кинется меня искать, но никаких известий, кроме слов Лидора, что полукровка жив, не было. Гримонт кардинально отличался от Хэлрида. Чёрный дракон ластился тёплым пушистым котёнком, заставляя что-то внутри блаженно замирать. Вернувшееся ощущение глобальной подставы мешало дышать, близость этого человека и этого зверя казалась естественной. С блондином я частично доверяла только человеку, дракон настораживал и пугал, его не хотелось выпускать из поля зрения. Почему?