Анатолий Логинов - Война

– Тихо! Слушай мою команду! – Том, подумав, решил отправить в городок разведку. – Ковбой, возьми троих, и вперед. Пройдете по улице до ближайшего удобного для обороны участка. Смотрите, конечно, как там джерри. Все как на учениях. Займешь оборону в подходящем месте, пришлешь посыльного. Мы за тобой, так что внимательней там. Особенно посматривай за возможными немецкими постами в домах.

– Есть, господин лейтенант, сэр! – официально, словно на плацу, ответил Джон и, захватив с собой троих, исчез в ночной полутьме.

Том коротко довел порядок движения двум сержантам, те постарались объяснить всё рядовым, и после небольшой задержки, вызванной естественно возникающим в таких случаях беспорядком, взвод двинулся вперед. Шли, настороженно поводя стволами, двумя цепочками по сторонам улицы, прижимаясь к стенам домов. Том держался первым в левой цепочке, фактически возглавляя движение. Посыльный от Уэйна встретился им довольно быстро. Это был внешне тощий, а на самом деле свитый из мускулов, крутой ублюдок из «белого отребья» [47] Прозвище южанина, как правило – сторонника рабовладельческой Конфедерации. «Белым отребьем» на Юге называли часть белого населения, живущего в нищете, не намного лучше, чем негры. по кличке Дикси, нарушитель дисциплины и проклятие сержантов в мирные дни. Но в боевых условиях он словно преображался. Война для таких, как он, заметил как-то Ковбой, дом родной, такие в боевых условиях чувствуют себя лучше, чем в родной хижине. Заметив идущих навстречу десантников, Дикси притормозил свой бег. Но быстро сориентировался и через несколько минут уже докладывал Томпсону на своем гнусавом, с протяжными гласными, типично южном говоре о занятом на окраине площади доме.

– Хозяева? Их мы в одной из комнат, подальше от огня, заперли, сээр. Да, джерри пока на площади толпятся.

Они двинулись скорым шагом, почти бегом, по-прежнему стараясь соблюдать тишину. Поэтому, когда из незаметного проулка неожиданно выскочил вражеский патруль, немцы не успели ничего понять. Том, столкнувшийся нос к носу к первым из них, не раздумывая ударил прикладом карабина ему под подбородок. Хрустнуло негромко. Солдат в фельдграу упал на спину с грохотом, способным, как показалось лейтенанту, разбудить весь город. И застыл на тротуаре. С головой, вывернутой неестественным образом.

Второго, почему-то несшего на плече пулемет, успокоил Дикси. В прыжке выхватив из ножен свой нештатный тесак, он успел схватить немца за плечо. Несколько раз блеснул в свете луны направляемый опытной рукой клинок. Брызнула темная, почти черная кровь. С грохотом упал на камни мостовой пулемет. Все застыли, держа пальцы на спусковых крючках, готовые немедленно открыть огонь.

– Что смотришь, мальчик-янки? Хватай хабар, – обернувшись, с азартом в голосе прошипел Дикси. И тут же исправился, продолжая, впрочем, как ни в чем не бывало вытирать нож об одежду убитого: – Виноват, господин лейтенант, сэр. Мне кажется, нам надо спешить.

– Еще раз забудешься… – педалируя грозную интонацию, оскалился на него Толик, пожалев, что в полутьме свирепого выражения лица не видно. Повел стволом, показывая направление движения, заодно отметив, что приклад «его конструкции» отлично перенес столкновение с челюстями противника. – Мак-Гроу ко мне, – бросил он назад, в цепочку стоящих за ним солдат. Через несколько мгновений рядом почти бесшумно нарисовался Алекс Мак-Гроу – штатный пулеметчик из взвода, так и не нашедший контейнер со своим браунингом.

– Немецкий пулемет знаешь? – для проформы уточнил Том.

Алекс молча кивнул и наклонился к валяющемуся MG34.

– Дикси, помоги ему собрать трофеи. И смотри мне, без мародерки, – скомандовал Том. – Взвод, за мной, бегом!

Судя по рассказу посыльного, до занятого Ковбоем здания и, следовательно, до площади, на которой толпился немецкий гарнизон, совcем недалеко. Поэтому, решил Том, скорость сейчас важнее скрытности. «Успеть занять позицию, – билась в голове мысль. – И рассредоточиться, черт побери! Не лезть же всей толпой в один дом!»

– Свенсон!

Второй сержант, попавший под начало Тома, нагнал его через пару секунд.

– Бери свое отделение и займи соседний дом, – Томпсон на бегу махнул рукой, показав на дом с другой стороны улицы. – И быстро, быстро, тюлени беременные! Когда нас обнаружат, вы уже должны быть на позициях! – закончив, Том сплюнул на бегу тягучую, словно простоявший несколько лет в банке мед, слюну и попытался восстановить дыхание.