Ксения Никонова - Я и мой король

Ладно, с полчаса позанимаюсь, чего зря драгоценному заклинанию пропадать, а потом примусь за стирку. Надо до возвращения Дэна закончить.

Через полчаса я и забыла о мокнущем белье, с головой уйдя в книги. Очнулась спустя… ой! Время пролетело незаметно, измеряясь для меня не минутами, а обведенными в кружок выученными билетами. До того увлекательно оказалось читать, запоминая на ходу. Только обведя красным кружком последний в списке билет, я удовлетворенно потянулась и вспомнила о несделанной работе. Никуда не денешься, надо идти стирать. Заколов волосы на затылке и с тоской оглядев объем работ, принялась за дело. Машинки нет, приходится на руках. Опять все костяшки пальцев сотру. Резиновые перчатки я не люблю, неудобно, делают их здоровые, как на мужиков. И стирки накопилось. Если бы не король, я бы еще на тех выходных постирала. А с ним все не до того и неудобно как-то заниматься такими делами. Ему небось невдомек, по какому волшебству белье становится чистым или ковры – вычищенными.

Через пять минут пришлось открыть дверь ванной и исхитриться закрепить портьеру, чтобы не загораживала свежий воздух. Было жарко и душно от парящей воды. Раздеться, что ли? Напевая себе под нос услышанную вчера новую песенку из репертуара «Руки вверх», из-за шума текущей воды ничего вокруг не слышала и не замечала.

– Маша, что ты здесь делаешь?! – раздался над самым ухом возмущенный голос Дэна. От неожиданности я вздрогнула:

– С ума сошел? Напугал меня до смерти! Мог бы постучать предварительно. Или хоть кашлянуть.

– Я стучал. Безрезультатно. Ты что здесь устроила? – обвел рукой парень помещение, остановив заинтересованный взгляд на мне. Хорошо, что я все-таки не стала платье снимать.

– Стирку, – безнадежно ответила я. – Или не видел никогда, как стирают?

– В королевской ванне?! Нет, не видел. – Да он же смеется надо мной. – Маша, ты меня уморишь, честное слово!

– Что тут смешного? Мне вообще не стирать?

– Ты. Устроила. Стирку. В королевской! Ванне! Понимаешь? – еле выдавил он от смеха. Тут уж и я не выдержала, присоединилась к веселью.

– Дэн, кончай ржать. Ну что мне было делать, если белья много? В тазик не лезет.

– Ой, не могу! – не унимался король. – Этой ванне триста лет! В ней совершали омовение мои деды и прадеды – короли. За свою долгую жизнь с подобным неуважением она сталкивается впервые.

– Ну хватит уже! – Я обтерла полотенцем пену с рук и ткнула его кулаком в грудь. – А то я сейчас рассержусь. Сам виноват, зачем иллюзию вернул? Уборку не сделаешь, и стирать нельзя, как выясняется.

Дэн, еще посмеиваясь, окинул меня взглядом, задержавшись на волосах:

– У тебя пена.

– Где? – схватилась я за голову.

– Вот здесь. – Он протянул руку, коснулся моих волос надо лбом, что-то поправил там и, наконец, продемонстрировал на пальцах клок воздушной пены. – А еще кудряшки.

– Кудряшки?! – чуть не взвыла я и метнулась к зеркалу. Как я могла забыть? Стоит мне побыть в условиях повышенной влажности – и надо лбом на абсолютно прямых волосах начинают завиваться смешные мелкие колечки. Ненавижу! Вид при этом у меня становится ну очень глупый, детский и какой-то наивно-беззащитный. Деревенская Дуня просто. Причесать, срочно причесать и ободок надеть!

– Что ты делаешь? Зачем? – непонимающе уставился на меня Дэн и даже протянул руку, чтобы помешать мне, но остановил ее на полпути. Правильно сделал, а то получил бы расческой по пальцам.

– Затем! – хмуро отозвалась я. – Не люблю. Просто наказание какое-то.

– Такая красота! Все испортила, – разочарованно отозвался король. Что, обломилось бесплатное развлечение? Он мне еще будет рассказывать о красоте этих бараньих завитушек.

Удовлетворенно оглядев выпрямленные прядки, я обернулась к безмолвно стоящему Дэну:

– Придется твоей бесценной ванне еще потерпеть. Мне достирать надо. Или сними иллюзию, если тебя это так задевает.

– Вообще-то я за тобой приехал.

– За мной? – изумилась я. Что-то новенькое.

– Ты мне поможешь в одном деле. Собирайся. Внизу ждет машина.

– Дэн, я не могу вот так сорваться. У меня стирка стоит, и учить кучу всего. Я еще не обедала. И собираться долго. И вообще.

– Маша, твоя помощь была частью нашего договора, – напомнил Дэн. Серьезно так.

– Помню, – ответила я, отворачиваясь. Значит, так, да? Живем по договору? Ладно-ладно, ваше величество. Я тебе все припомню. И поцелуи с отказами, и твои рисунки, и Даан’Элию, в которую ты фиг без меня пройдешь, и наш договор. – Сейчас соберусь. А стирку…