Кирилл Мамонтов - Хронокорректоры

Оказалось, что Альтаира научила Георгия применять мультифункционал исключительно в режиме привязки к месту. Пришлось объяснять напарнику, что хронодвижок способен работать иначе. Выслушав короткую лекцию, просветлевший Гога радостно переспросил:

– Другими словами, мы перенесемся в точку пространства-времени, где в тот момент будет находиться этот пароход? Жаль, мы не знаем расписания будущих рейсов «Шантары».

– Знаем, – сказал Роман. – Одну дату мы знаем точно.

Он настроил хронодвижок на режим привязки к объекту, затем ввел время перехода – 10 часов дня, 22 января 1904 года. Потом спохватился и переправил дату на 4 февраля – ведь часы мультифункционала работали по новому стилю. Меню прибора показало, что энергии хватит в обрез, то есть без перезарядки они путешествовать во времени больше не смогут.

Прочитав это сообщение, Роман пожал плечами, а Георгий равнодушно буркнул: дескать, больше и не потребуется…

Просторный отсек стал вдруг тесным, наполнившись вещами и машинным лязгом. Помещение загромождали горы ящиков, мешков и тюков. Кое-как пробравшись к иллюминатору, Роман увидел обширное морское пространство, но впереди, прямо по курсу, темнели очертания берега.

– Будем надеяться, что мы не ошиблись и пароход приближается к Артуру, – оптимистично прокомментировал Георгий, смотревший в соседний иллюминатор.

– Согласен, получится неудачно, если мы идем в Сан-Франциско. – Рома нервно рассмеялся. – Кстати, ты не в курсе, кого полагается называть вашим благородием, а кого – вашим превосходительством?

– Сейчас посмотрим, я записывал эти файлы… – Георгий быстро нашел нужные сведения в памяти мультифункционала. – В общем, так: офицеры до штабс-капитана – это «ваше благородие», капитаны, подполковники и соответственные морские чины – «ваше высокоблагородие», генерал-майор и вице-адмирал – «ваше превосходительство», а полный генерал, адмирал и генерал-фельдмаршал – «ваше высокопревосходительство».

– Другими словами, адмирал Алексеев и генерал от инфантерии Куропаткин – это высокопревосходительства, но Макаров и Стессель – просто превосходительства. – Рома хихикнул. – Постараюсь не перепутать.

Подождав с четверть часа, когда берег стал отчетливо виден, хронокорректоры выбрались на палубу, стараясь не попадаться на глаза команде. Впрочем, занятые авральными работами матросы не обращали внимания на бесцельно слонявшихся пассажиров.

Две высокие трубы выбрасывали густой дым, однако с корабельного носа открывался отличный обзор. Пароход приближался к унылому скалистому полуострову, прорезанные ущельями горы круто спускались к морю, лишенный растительности берег покрывали многочисленные постройки.

Безусловно, это был Порт-Артур: на внешнем рейде плавно покачивались на волнах знакомые силуэты броненосцев и крейсеров, по воде неторопливо курсировали малые корабли – катера и миноносцы. «Шантара» вошла в узкий проход между двумя сближавшимися, как челюсти хищного зверя, мысами, оказавшись в гавани. Здесь тоже стояло – на бочках и возле причалов – множество военных и гражданских кораблей. Пароход малым ходом подработал к пирсу и начал швартоваться.

Под удивленными взглядами корабельной команды два солидных господина первыми сбежали по трапу и нырнули в толпу докеров, готовых приступить к разгрузке «Шантары». Пристроившись на соседнем причале, они занялись изучением местности.

– Хреново, – сказал Гога с озабоченным видом. – Через таможню без скандала не пройдем. Попробуем просочиться через склады.

– Погоди-ка… кто там копошится? – Роман всматривался в окуляры бинокля. – Военные моряки.

– Ну да, и у них что-то вроде парового катера.

– Самое то, что нужно.

Покинув укрытие, они с деловым видом зашагали в сторону катера. Рома подумал вслух: дескать, хорошо бы братишки оказались из экипажа «Петропавловска», на котором держит флаг командующий эскадрой. Однако им повезло даже чуть больше простого везения. На ленточках бескозырок было написано «Ретвизан».

Будем импровизировать, решил Рома, направившись к стоявшему на пирсе молодому худощавому офицеру. Тот равнодушно ответил на приветствие, не прекращая выкрикивать приказания матросам, грузившим на катер какие-то ящики.

– Простите, мичман, как я понимаю, вы с «Ретвизана», – начал Роман.

– Так точно. Чем могу служить?

– Видите ли, мы с князем Георгием давние друзья капитана первого ранга Щенсновича…