Константин Костинов - Сектант

Он говорил и говорил, не помня себя, не видя вокруг ничего, кроме вот этих не по-детски серьезных глаз, глаз, которым нельзя соврать, которые, казалось, видят тебя до самых глубин твоей души. Над половиной того, что он говорил, сам Сергей посмеялся бы еще два месяца назад, но для этих детей он не мог говорить иначе.

– …Я не герой, – закончил он. – Мне было страшно, очень страшно. Но если бы кто-то сейчас спросил меня, выйду ли я против белогвардейцев еще раз, я скажу: «Да». И выйду.

Сергей замолчал, мокрый как мышь.

Дети молчали. Потом одна из девочек, светленькая, лобастая, подняла руку:

– Товарищ Вышинский, а это правда, что вы хотите построить чернильный завод?

– Да, – сказал Сергей и понял, что погиб.

– А почему?

Погиб, пропал… Сергей мог обмануть здешнее начальство, чтобы выманить деньги, обмануть профессора, Славу, Зою, Катю… Этих детей, эту девочку он обмануть не мог.

Фабрику придется строить. На самом деле.

Пропал…

– Почему? Знаете почему? Я не просто хочу, чтобы у вас на столах были хорошие чернила. Я хочу сделать так, чтобы у вас были лучшие чернила на свете, чтобы все иностранцы, которые смеются над нами и говорят, что русские могут только продавать нефть и не могут делать ничего хорошего, чтобы они, глядя на мои чернила, сгрызли себе ногти до самых локтей!

Сергей понял, что его понесло куда-то не туда. Он вздрогнул. Его плеча коснулась девичья ладонь:

– Спасибо, това… Сергей. Спасибо за искренность.

Катя смотрела на него очень и очень серьезно. Потом привстала на цыпочки и поцеловала в щеку.

Сергей шел в сторону библиотеки походкой сомнамбулы. Перед глазами стояли серьезные детские лица, на щеке горел поцелуй Кати, а в голове вертелась мысль: «На кой я пообещал построить эту фабрику?»

Сергею было стыдно за произнесенную речь, за банальные слова, подошедшие бы какому-нибудь поцреоту, за дешевый пафос.

Стыдно.

Но фабрику придется строить.

В библиотеке Сергей поселился до самого вечера. Во-первых, здесь можно было общаться с Зоей, с которой действительно было интересно поговорить обо всем на свете. Во-вторых, Зоя размечала выкройку одежды, которую они вчера нарисовали, и ей был нужен консультант. В-третьих, в библиотеке стояла пишущая машинка.

Сергей честно попытался было изобразить свой бизнес-план с помощью чернил и понял, что это затянется на неделю. Дописать хотя бы один лист и не оставить клякс он не мог. Нести же документы с кляксами в губком Сергей считал неправильным. Машинка позволяла напечатать документы без помарок. Ну как – без помарок. Хотя расположение клавиш было точно такое же, как на клавиатуре, навыки работы на компьютере не очень помогали. На клавиши машинки нужно было не нажимать, а бить по ним, иначе возникали странные шифровки, вроде «ткм разм» и «ернил». И самый главный недостаток машинки: на ней отсутствовала клавиша «Backspace».

Тем не менее Сергей приспособился, и к концу дня с перерывами был создан эпохальный документ под заголовком «Бизнес-план организации производства анилиновых чернил в г. Пескове Песковской губернии Р.С.Ф.С.Р.». Сергей узнал, что по здешним правилам все сокращения писались с точкой после каждой буквы. В запарке он чуть было не подписался: «Студент 5-го курса С. А. Вышинский».

План получился нетолстый и какой-то несолидный: соединенные слегка ржавой скрепкой несколько листков желтоватой бумаги. В некоторых местах машинка выбила овальные дырки вместо буквы «о».

Сергей смотрел на бумагу и думал о том, что реализовать план будет очень даже нелегко: не зная местной специфики, требований законодательства, без кадров, специалистов, рабочих, без помещения, без сырья – кроме бензола нужно еще множество химикатов, без оборудования, и самое главное – без денег. Даже по очень грубым и приблизительным прикидкам, денег потребуется в десять раз больше, чем есть у Сергея. Одна надежда, что в губкоме помогут…

Страшно. Страшно браться.

А придется.

Сергей понял, что отказаться от этой идеи, опустить руки, сказать: «Не справлюсь» он не сможет. Его перестанут уважать и Зоя, и Катя, и профессор, и школьники.

Он сам себя перестанет уважать.

Сергей подумал, что с ним что-то происходит. Может, он болен? Может, он подцепил какой-то здешний вирус? Раньше, в наше время, он даже и не подумал бы рвать жилы, собираясь сделать хоть что-то полезное. Развел бы руками, сказал: «Да я не смогу», улыбнулся бы и пошел себе спокойно. Книги читать о магах, эльфах и драконах. В которых все делается с помощью магии или, в крайнем случае, руками умелых гномов. Скажи им: «Постройте мне чернильную фабрику!» – и они построят. И даже не спросят как. А здесь все нужно самому… Все.