Это был разгром, это была победа!
Демыч выскочил вперед и лихо крутанул бочку.
– Встань в строй, накажу! – Я высматривал немецкие истребители в высоте, но никого не видел.
– Хват, фрицев не вижу, где они?
– Опомнился, – ответил довольный Хват. – Они уже давно пятки салом смазали.
Тут в эфире прорезался комиссар: «Всем! Всем! Задание выполнено, идем домой!»
На аэродроме нас ожидала приятная весть: вся группа, все четырнадцать летчиков за этот бой были награждены орденами. Все же было на виду у начальства. Да и контроль за переправой был особый. Комиссар, комэск и я получили «боевики», любимые летчиками ордена Боевого Красного Знамени.
Приятно, черт побери!
Скоро у меня целый иконостас на груди будет. Да, еще мою медаль они зажилили!
Удачный бой над переправой имел и другие последствия. На следующий день на спарке «Як-7» в полк прилетели заместитель командира нашей дивизии и начальник разведотдела. В штаб вызвали обоих комэсков, командиров звеньев и старших летчиков полка.
Разговор начал замкомандира дивизии. Он отметил хороший уровень подготовки и планирования проведенного боя, успешное применение нового тактического приема – заманивание авиации противника в зенитную засаду, эффективное использование реактивных снарядов по групповой цели. Подполковник с удовольствием подвел итоги – сорвана попытка противника уничтожить наши войска, так необходимые в Сталинграде, уничтожено семь бомбардировщиков «Ю-87» из 30, сбито четыре истребителя «Ме-109F-2». Два летчика полка, тут подполковник благожелательно взглянул на меня, сбили в бою по два самолета. Однако… Здесь подпол хмыкнул и передал слово начальнику разведотдела.
Молодой энергичный майор был настроен не так благостно, как его старший товарищ.
– Товарищи командиры! В результате допросов пленных немецких летчиков, сведений, полученных всеми видами разведки, включая агентурную и техническую, я имею в виду в первую очередь радиоразведку, установлено следующее. В настоящее время против авиации Сталинградского и Донского фронтов действует, как вы знаете, 4-й воздушный флот фашистской Германии, насчитывающий до 1200 боевых самолетов, в том числе – свыше 200 истребителей новейших типов «Ме-109F-2 и F-4» и «Ме-109G2». Еще 40–60 истребителей «Ме-109E» есть у румын. Возможно, что-то есть и у итальянцев, точно это еще не установлено. В нашей 8-й воздушной армии на сегодняшний день насчитывается примерно 450 самолетов. – Майор кашлянул, взглянул на нас и, сообразив, что перед нами дурака валять не надо, продолжил: – Ну, как насчитывается – вы по своему полку знаете. У вас ведь на сегодня осталось 15 самолетов? Так? А в строю? 8-я ВА понесла большие потери, треть оставшихся самолетов неисправны… Пополнение самолетами идет скудное. А накал боев возрастает. Как вы знаете, 15 октября немецко-фашистские войска на узком участке прорвались к Волге в районе Сталинградского тракторного завода…
Майор снова откашлялся. Абсолютно без нужды. Или у него горло перехватило от совершенно хреновой ситуации? Конечно, всего он нам не говорит, но я-то помню, что обстановка в Сталинграде в последнюю декаду октября – первые декады ноября, до 19–20 ноября 1942 года, когда, собственно, и началась операция «Уран» – наше контрнаступление, окружение и разгром немцев, была сверхтяжелая. Ставка накапливала силы для разгрома фашистов, пополнения для обороны Сталинграда давала неохотно, да и это пополнение моментально сгорало в ожесточенных уличных боях. Ничуть не лучше было и у авиаторов. И наша воздушная армия, и соседняя 16-я несли тяжелейшие потери. Штурмовики выбивались зенитной артиллерией и истребителями фашистов при атаках на скопления бронетехники и аэродромы противника. Наши истребители, умываясь кровью, старались выбить бомбардировщики фашистов и вели на последнем напряжении сил воздушные бои с опытными немецкими экспертами, летающими на превосходящих пока наши самолеты истребителях новейших типов.
– Исходя из сложившейся обстановки… – продолжил свой обзор майор. Я задумался, припоминая, как будут развиваться события, и почти перестал его слушать. Вроде после начала нашего контрнаступления должно стать немножко полегче. Немцы сократят свою авиагруппу в котле, на аэродромах останется что-то около 100 истребителей, прикрывающих попытку Геринга наладить воздушный мост для переброски окруженным фашистским войскам необходимых грузов. Ну а наши быстренько научатся жечь немецкие транспортники. Да, еще в ноябре в войска поступят новые истребители – «Як-1б». Вот повезет кому-то на них летать! Очень хороший аппарат. На нем можно и с «F-4», и с «G-2» крутиться. Это уже другая песня пойдет. Погодите, гады! Придет, уже скоро придет наше время! Будет и на нашей улице праздник, так, что ли, скажет товарищ Сталин на ноябрьском торжественном собрании?
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу