Вероника Мелан - Бернарда

А однажды утром, несмотря на мягкость поступи, под окна подкрался и новый год.

В этот день Клэр кашеварила без перерыва.

Узнав, что я вежливо отклонила предложение ребят присоединиться к вечеринка в доме у Рена, Клэр, словно птица Феникс, восставшая из пепла, кружила взад-вперед по комнатам, радуясь, что проведет этот вечер не одна. Ну, Смешарики, часами провисавшие в качестве игрушек на зеленых ветках стоящей в гостиной елки, были не в счет. Их время от времени приходилось сгонять, чтобы не забирались на ель всем скопом (ветки под их тяжестью прогибались до пола), и тогда пушистики висели гирляндами на камине или застывали на накрытом белой скатертью столе серебристыми свечками, радуясь собственной бурной фантазии. В качестве праздничного меню ими были заказаны «удинг» и «нанасовое рожно». Что в переводе на нормальный язык означало – «ягодный пудинг» и «ананасовое мороженое».

Пудинг Клэр и правда готовила в совершенстве – ароматный, терпкий и сладкий, – для Смешариков он до сих пор оставался любимым блюдом номер один. А вот на «рожно» они переключились не так давно, однажды заметив, как Клэр лакомится ванильным мороженым. Распробовав выделенный им небольшой кусочек, Фурии два часа вымаливали у поварихи коробку побольше, и когда та не выдержала атаки и выставила им заранее купленную для периодов «плохого настроения» коробку шоколадного мороженого, моментально вылизали ее до чистых бортов, после чего еще два часа смешно тряслись от холода.

Этот опыт позволил Клэр наглядно понять, что «рожно» в следующий раз придется выделять мелкими порциями, дабы глупые пушистики, несмотря на густую шерсть, не перемерзли.

Не знаю, по какой причине я отказалась праздновать с ребятами.

Может быть, потому что, несмотря на совместно проведенные часы, все еще не чувствовала себя до конца «своей»? Не хотела смущать сложившуюся компанию присутствием хоть и ставшего более-менее своим, но все-таки чужака? А может, потому что знала: там все равно не будет Дрейка? Как не будет его и у меня дома. Начальник с самого утра сказал, что в этот день будет непомерно загружен делами до следующего утра. Оно и понятно: Новогодняя ночь самая хлопотная. Пришлось грустно вздохнуть и смириться.

А может, это отсутствие у Клэр друзей повлияло на мое решение остаться дома. С больными ногами по вечеринкам не побегаешь, а на порог незнакомые люди стучатся редко. Как тут заводить друзей? Смешарики не в счет… Теперь, когда ее болезнь осталась в прошлом, Клэр, наверное, быстро наверстает упущенное. Ей бы вообще подумать о будущем. Не у меня готовить, а податься в хороший ресторан…

Именно в таких сентиментальных размышлениях проходил вечер.

– Не вышло ничего пока с экспериментами? – спросила возившаяся с ореховым тортом Клэр, когда я вошла на кухню.

– Нет…

– Еще выйдет.

– Я тоже так думаю. Тебе помочь с чем-нибудь?

Подруга, несмотря на то что возилась с самого утра в одиночку, отмахнулась.

– Я здесь сама люблю, ты лучше пока телевизор посмотри.

Двумя часами позже мы знатно накрыли стол. Благодаря совместным усилиям гостиная сияла и переливалась украшениями. Стены, камин, полки и стол были мастерски украшены ленточками мишуры и дождика. На скатерти в живописном беспорядке лежали хрустальные звездочки и топорщились обсыпанные золотой пылью декоративные веточки и шишки. А теперь еще стояли пиалки и тарелки разных форм и размеров с кулинарными шедеврами Клэр. Аромат по дому плыл восхитительный. Желудок напористо урчал, как в былые времена, предвкушая сытную трапезу.

Разглядывая чистую сияющую гостиную, в которой смешался запах хвои, салатов и мандарин, я отметила, что многие обычаи в местном праздновании оказались схожими с «моими» родными. Например, елка, стеклянные игрушки, мишура. Те же мандарины… Даже Новогодние телепрограммы имелись. Вот только «Иронию судьбы, или С легким паром» здесь, конечно, не покажут. Стоило ли печалиться по этому поводу, я так и не смогла для себя определить.

Временами накатывала непонятная ностальгия и грусть: казалось, этот Новый Год «ненастоящий». Настоящим будет тот, в моем мире, с мамой. А этот так, будто игрушечный, лишь бы что-то было. Но ведь для местных – он был единственным и самым радостным. Здесь под бой часов тоже поднимались бокалы и загадывались желания, воздух наполнялся ожиданием чуда, и повсеместно светились улыбки.

Поэтому, отбросив пытающуюся прилипнуть грусть, я выбрала единственно верный вариант: не сравнивать праздники двух миров, пытаясь решить, какой из них лучше, а от души наслаждаться текущим моментом. А наслаждаться было чем.