Борис Царегородцев - Арктический удар

Пришлось ему все объяснять, что чем меньше людей будет знать, тем меньше ему работы будет в будущем по выявлению предателя или агента, засевшего где-то там на материке. Из-за этой утечки немцы стали активно разыскивать что-то на Новой Земле.

Потом все вместе занялись экипажем, который так, для порядка повозмущался, но внял нашим доводам и спустился вниз. Мы втроем поднялись на ходовой мос тик, и после нашей команды капитан повел судно в глубь бухты, нам предстояло пройти еще двадцать миль туда, где ждали груз эти скрытные люди. Я заметил, что все они вооружены автоматами неизвестной конструкции, по повадкам они походили на наш ОСНАЗ. Одеты во все черное, брюки заправлены в высокие ботинки на толстой подошве, поверх куртки жилетка с множеством карманов для полезных вещей, которые понадобятся в бою, а также для боеприпаса к автомату, тут же висели гроздьями круглые гранаты. У каждого на вооружении еще по паре пистолетов неизвестной марки, не говоря о нескольких ножах и другом оружии.

– Товарищ капитан третьего ранга, что за бойцы у тебя такие непростые?

– Конечно, это не просто бойцы, это спецназ ВМФ.

– А что это у всех у вас в ушах воткнуто?

– Это миниатюрные наушники от рации, чтобы слышать команды командира группы и общаться между собой в бою.

– Такие маленькие. А сама рация где?

– А вон черная коробочка на левой стороне груди.

– И это рация!

– Да.

Он взял ее в руки, нажал на что-то и проговорил во что-то, торчащее около рта.

– И что, они тебя услышали на таком расстоянии? – спросил я с сомнением у Большакова.

Он заговорил в свое необычное устройство:

– Первый, я Второй, тут у нас есть сомневающиеся в возможностях наших радиопередатчиков, сообщи что-нибудь. – Потом нажал что-то, и я услышал четкий голос из коробки:

– Пусть не сомневаются, слышим вас хорошо.

– Вот если бы у нас такие были на фронте, сколько можно было жизней спасти, передавай командиры приказы вовремя.

– Будут, но не скоро.

Тут заговорил Двинин:

– А все же надо было взять сторожевой корабль с собой, раз вы говорите, что тут немцы стали летать, у него зенитные автоматы есть, мог бы в случае чего и отогнать фрица. А на судне что, ничего, кроме этих неэффективных сорокапяток да пары пулеметов.

– Не беспокойся ты так, капитан, дойдем до места, будем в полной безопасности, – ответил Боль шаков.

– Если дойдем, а если немец сейчас прилетит, что делать будем?

– Э-э-э! Капитан, да ты трусишь, не беспокойся, нас предупредят, если фрицы появятся в радиусе пятидесяти миль.

– Сколько нам еще идти по времени?

– Это зависит от скорости.

– Вот именно, от скорости, у самолета она намного больше нашей, и если мы не дойдем до вашей базы, кто нас прикроет, ведь самолетов у вас нет?

– Да, самолетов у нас нет. Капитан, с какой мы скоростью идем? – обратился Большаков к капитану судна.

– Если смотреть по лагу, то семь с половиной узла.

– А на самом деле?

– На самом деле где-то семь и четыре узла.

– А сколько выжать можешь из своей железки?

– По молодости и четырнадцать с половиной узлов давала, теперь, думаю, одиннадцать с половиной – двенадцать старушка выдать может.

– Ну что ж, давай тогда поторопим ее, пусть вспомнит молодость.

Капитан перевел ручки машинного телеграфа на самый полный вперед, наклонился к переговорным трубам, дунул внутрь.

– Эй, Никитич, надо прибавить хода, пусть твои ребята пошуруют, так надо, – проговорил он в раструб.

Судно стало медленно набирать ход, из трубы и до этого валил густой черный дым, а теперь временами вырывались и языки пламени. Через полчаса скорость довели почти до десяти узлов.

– Ну вот, если скорость не сбросим, а еще прибавим на полтора узла, как капитан пообещал, через час будем на месте, – сказал Большаков. – Ну как, капитан, смогут твои мужики выдержать такой темп или через сорок минут лучше сбросим скорость, чтобы не надрывать машины?

– Да смогут, но, конечно, надо поберечь машины.

– Я тоже так думаю. Они в другой раз могут понадобиться. Еще полчаса идем в таком темпе, потом переходишь на обычную скорость.

Капитан оказался прав в своих прогнозах. К концу нашей гонки судно выдало одиннадцать с половиной узлов. Капитан с радостью перевел ручки телеграфа на средний ход, когда отведенное время истекло. Большаков сказал нам, что до конечной точки осталось менее часа пути. Я подошел к окну и стал глядеть вперед по курсу судна, надеясь увидеть впереди что-то необычное. Я понял, что у этих с виду простых людей много тайн за спиной. Они обязательно нас еще удивят. Еще три недели назад я был уверен на восемьдесят процентов, что они белоэмигранты, неделю назад – на пятьдесят процентов, сейчас только на десять процентов. Кто они на самом деле, боюсь даже представить. Нет, ни в коем случае я не думаю, что они на стороне фашистов, они полностью за нас. Но откуда они прибыли, ведь такого оружия и снаряжения нет ни в одной армии мира, какой бы развитой страна ни была. Значит, они не имеют отношения к американцам и тем более к англичанам. Похоже, действительно наши потомки, глядя на их вооружение, маленькие рации и другие непонятные штучки. Как там передали в шифровке? Спросить их прямо, откуда они. Ну что ж, спросим, как дойдем до места. Тут и правда поверишь в марсиан, в потомков из будущего труднее поверить.