Константин Костин - Моя понимать

Где может быть установлен ретранслятор? Димка огляделся. Навряд ли под железной крышей… Не ошибся ли он вообще?

«Димитрий… Вспомни, что ты не просто человек. Ты еще и яггай. Что это означает?»

Нюх. Не магический, как у мастера Сильвена. Вполне обычный, позволяющий взять СЛЕД.

Димка огляделся:

— Это быть один ход придти здесь?

— Нет, — подумал Жозеф, — Кажется, вон там и там есть еще два.

Димка посмотрел под ноги. Пыль, подружка пыль… Здесь кроме его следов его огромных сапог и маленьких — Жозефа, других не было. Что ничего не значит…

Черный эльф спокойно наблюдал, как огромный яггай вытягивается вдоль пола, опираясь на руки. Фыркает, раздувает ноздри…

Пыль… Много пыли…

Абстрагироваться… Отсечь запах пыли…

Доски пола… Легкий, еле уловимый запах штукатурки…

Никаких посторонних следов…

Хотя, что ты тут хотел унюхать? Прошло почти полгода с момента установки жучка, наверняка, и ретранслятор установили тогда же. Любой запах давно выветрится…

Яггай фыркнул и, на четвереньках, огромной собакой-ищейкой побежал к следующему входу.

Никаких следов… Тонкий слой пыли…

Запахи…

Пыль… Много пыли…

Доски пола… Штукатурка… Сено…

Стоп, откуда тут сено?

Димка оглянулся через плечо, не вставая на ноги.

Под ближайшим слуховым окном лежал скрученный пучок высохшей травы. Откуда бы ему здесь взяться?

Димка выпрямился. Жозеф со все возрастающим любопытством наблюдал за его манипуляциями.

— Где быть дом девка?

— Там, — Жозеф указал направление.

Ага… Там, значит… Он, Димка, повесил бы ретранслятор в той стороне, где находится дом шпионки. Для улучшения прохождения сигнала.

И, если присмотреться, именно туда от входа идет широкая полоса, на которой слой пыли ЧУТЬ тоньше, чем по всей остальной поверхности чердака. Кто-то заметал свои следы, скорее всего, вон тем самым пучком травы…

Неужели угадал?

Димка опустил на четвереньки и пошел по следу.

Заметались отпечатки ног очень аккуратно, иногда полоса становилась невидимой, тогда на выручку приходил нос, улавливающий остатки запаха травы.

Конец. След уперся в слуховое окно.

Димка выпрямился. Оглядел все вокруг окна.

Ничего.

Открыл створки.

Нормальный человек — в смысле, хуманс — смог бы пролезть по плечи. Яггай с трудом просунул голову. Благо, рост позволял.

Димка посмотрел вниз.

Покатый склон крыши, заканчивающийся низкой балюстрадой. Ничего.

Справа… Крыша, выступы слуховых окон… Ничего.

Сверху… А ну кыш!

Голубь, с любопытством рассматривающий с козырька окна непонятную лохматую штуковину, захлопал крыльями и улетел. Димке совсем не улыбалось почувствовать себя в роли памятника.

Так, сверху — ничего…

Слева…

Твою мать.

С левой стороны окна, так, что почти не видно из-за выступа, к крыше был прикреплен прибор. По крайней мере, другого названия для черной, судя по виду, из вороненого металла коробочки, Димка придумать не мог.

Пока он не мог рассмотреть никаких деталей коробки, виден был только ее угол… Хотя нет. С краю была прикреплена узенькая серебристая пластинка… С надписью… Похоже, серийный номер…

Димка присмотрелся, кляня яггайскую близорукость…

— Хыгр, ты что?

Жозеф с тревогой увидел, как рука торчащего в окошке яггая, нервно задергалась, нашарила и отломила кусок балки. Кулак сжался, деревяшка с хрустом рассыпалась.

— Хыгр, что случилось?

Димка его не слышал. Он смотрел на табличку.

Маленький треугольник, вроде того, что был на батарейках, а за ним цифры.

00097911012

Цифры легко читались.

Они были арабскими.

Вечер… Заканчивается длинный, трудный день… Хотя, трудный он не для всех, далеко не для всех. Для охранников во дворце, для продавцов на рынке, для солдат, для рабочих, для заключенных — этот день был не лучше и не хуже любого другого дня.

Для тех, кто знает, что произойдет через три дня — день был очень трудным.

«Отлично… — товарищ Каменотес барабанил пальцами по столу, рассматривая записку от неизвестного друга, — Отлично…»

Обычно Друг подкидывал сведения так, что и не понятно было, откуда появились записки. Эта же была подсунута под дверь. Может, фальшивка?

Каменотес присмотрелся. Нет, почерк тот же… Совершенно тот же почерк. Значит, Друг просто торопился.

Хуманс еще раз перечитал записку. Значит, Речник хочет оказаться хитрее всех? Думает, что он, Каменотес, не догадался бы, где его искать? Конечно, догадался бы. А теперь, когда он точно знает, что готовит подлый тролль, можно накрыть его без всякого риска. Тем более что тот собирается всех своих сторонников собрать в одном месте, а сам будет в другом. Так зачем ему, Каменотесу, тупо бросать своих людей на убой? Он соберет их и захватит дворец! Охрана не помеха, там будет от силы несколько десятков человек. Захватить дворец, захватить Речника — отлично!